Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Собака Калин-царь

Не пыли, пехота...

       Усама ибн Мункыз (да помилует его Аллах!) в своих записках писал, что в одни не очень прекрасный день "Из Шейзара ... выступило много пехотинцев (сарацинских - Thor). Франки бросились на них, но не могли выбить их с места. Тогда Танкред разгневался и сказал: “Вы — мои рыцари, и каждый из вас получает содержание, равное содержанию ста мусульман. Это “сердженды” (он разумел пехотинцев), и вы не можете выбить их с этого места!” — “Мы боимся только за лошадей, — ответили ему. — Если бы не это, мы бы их затоптали и перекололи копьями”. — “Лошади мои, — сказал Танкред, — всякому, у кого будет убита лошадь, я заменю ее новою”. Тогда франки несколько раз атаковали наших пехотинцев, и семьдесят лошадей у них было убито, но они не могли сдвинуть наших с места...".

1280px-Tapisserie_de_Felletin-Tancrède-Argant


      Вот ведь незадача-то вышла - франкские рыцари не сумели побить презренных сарацинских пехотинцев-"сержантов", и это при том, что Танкред Антиохийский пообещал своим "дворянам" возместить стоимость потерянных коней (а хороший боевой конь - это вам не какой-нить кролик, который приносит ценный мех и еще кое-что). Мдя, нехорошо получилось...

Иван Грозный

Про видение насквозь...

       Старый знакомый на Мордокниге цитирует из воеводской отписки государю:
      "А радели, государь, и промышляли твоим государевым делом по твоему государеву наказу и по грамотам, сколько нашей мочи и было безо всякие хитрости. А что, государь, будет зделали своею недогадкою и простотою, в том ты, милосердый государь царь, волен. А от тебя, от государя, нам, холопем твоим, как скрывати и неправду к тебе, ко государю, писати? Ни помыслити тово человеку не возможно, а не токмо так делати, что писати к тебе, ко государю, ложно. А от Бога и от тебя, государя, всякая скровенная неправда не может никому укрытися...".

030215_75_dop1


      А и то правда - как укрытися, ежели он, государь-батюшка, всех насквозь видит.

Собака Калин-царь

Нет повести печальнее на свете,

чем повесть о "казанщине" в переложении некоего русского книжника, автора "Казанской истории". Вот, к примеру, длиннейшая выдержка из нее с живописанием тех бедствий, которые обрушили на землю Русскую нечестивые агаряне казанския:
       "И как могу я рассказать или описать те грозные напасти и тучи страшные, обрушившиеся в те времена на русских людей! Ибо страх меня побеждает, и сердце мое горит, и плач смущает, и сами слезы текут из очей моих! Да и кто может рассказать, о правоверные, о бывших тогда великих бедах страшнее Батыевых, в течение многих лет причиняемых казанцами и поганой их черемисой православным христианам. Батый ведь всего один раз прошел по Русской земле, словно стрела молнии или темная огненная головня, спаляя, и сжигая, и разрушая, и пленяя христиан, посекая их мечом. И с тех пор обложил он правителей наших тяжелыми данями, как было сказано прежде. Не так было с казанцами: они из земли нашей не уходили, время от времени с царем своим разоряя ее и захватывая пленных, и пожиная, как пшеницу, и посекая, как сады, русских людей, и кровь их, как воду, проливая по долинам, не давая христианам ни на час покоя и тишины. Никто же из князей и воевод наших не мог ни подняться против них, ни помешать их зверствам, бесчеловечности и суровости, ни оказать им сопротивления, ни остановить их, и ни в чем им не препятствовали худые, и некрепкие, и немощные воеводы наши.
       И была тогда великая печаль всем людям, жившим на границе с теми варварами, и горькие слезы текли из глаз у всех правоверных людей. Дома же свои они по большей части ставили в безлюдной местности, в лесах, и жили там, в пещерах и горах прячась с женами своими и детьми, боясь попасть в плен к варварам. Иные же, оставив дома свои, и род и племя свое, страну и отечество, где они родились и были воспитаны, переселялись оттуда в глубину Руси, куда не доходили те варвары.
       И что тут много говорить: ведь от частых их набегов и завоеваний до основания были разрушены многие русские города и поросли они былием и травою, так что стали неузнаваемы. Опустошили они и все села, так что от всеобщего запустения позаросли они густыми лесами. И жгли они великие честные монастыри, святые же церкви оскверняли присутствием своим, ложась в них спать; и чинили они насилие над пленными женщинами и девицами; и, раскалывая секирами честные святые образы, предавали их огню-всеядцу; и святые служебные сосуды в простую посуду превращали: дома, на пирах своих, ели и пили из них скверные и поганые свои яства и напитки; и снимали честные кресты, серебряные и золотые, и, обдирая оклады с икон, переливали все это на серебреники и золотые и делали женам и дочерям своим серьги, ожерелья и мониста, а свои головы украшали тафиями и из священнических риз шили себе одежду; и над монахами чинили надругательство, бесчестя образ ангельский: засыпали им в сандалии горячие угли и, обвязав вокруг шеи веревку, заставляли их скакать и плясать, словно прирученных зверей; и стаскивали с молодых красивых иноков черные ризы и облачали их в мирские одежды, а затем продавали их, как простых юношей, в далекие варварские земли; и расстригали молодых инокинь, и насиловали их, как простых девушек, и брали их себе в жены; над мирскими же девицами на глазах у отцов их и матерей, не стыдясь, преступное блудное дело творили, также и над женами на глазах у их мужей, еще же и над старыми женщинами, которые до сорока и до пятидесяти лет во вдовстве пребывали, оставшись без мужей своих. И невозможно подробно перечислить все преступления их, ибо все это я видел своими глазами и знаю то, о чем пишу в горьком этом повествовании.
       Православные христиане ежедневно уводились в плен казанскими сарацинами и черемисой, старым же, непригодным для работы, они выкалывали глаза и обрезали уши, нос и губы, и выдергивали зубы, и вырезали щеки, и в таком виде бросали их, еле дышащих. Иным же отрубали они руки и ноги, и валялись те люди как бездушные камни на земле, и спустя недолгое время умирали. Некоторые люди посечены бывали, других же они пронзали железными прутьями меж ребер, и в грудь, и в лицо, иных, убивая, перерубали пополам, иных же сажали на острые колья возле их города и предавали позору, насмехаясь над ними.
       О царь Христос, велико твое терпение! Вот что они — хуже, чем с теми, о ком выше шла речь, — делали с младенцами незлобивыми: когда те, смеясь и играя, протягивали к ним любовно руки свои, словно к родным отцам, окаянные те кровопийцы, схватив за горло, душили их, и, взяв за ноги, разбивали о камень и о стену, и, пронзив копьями, поднимали в воздух..."
.

i_006


       Но вот в чем вопрос - как сравнить несравнимое? Ни одни казанский хан, что Магмет-Аминь, что Сафа-Гирей, тем более прочие, ну никак не может в одну строку поставлен в печально прославленным Батыгой-царем. Оно, конечно, все как в Париже, вот только крыши пониже и асфальт пожиже, похоже, вот только ресурсы Казанского "царства" и "царства" золотоордынского, тем более период его расцвета ну никак не сопоставимы. И, следовательно, Казань никак не могла оказаться столь же опасным врагом, что и Золотая Орда. И даже Крымское ханство было более опасно, чем Казань, а вот поди ж ты, вот какая выходит закавыка!
В чем же причина? Осмелюсь предположить, что ответ кроется в самом приведенном отрывке. Прежде всего вот этот фрагмент: Не так было с казанцами: они из земли нашей не уходили. Близость казанских владений к русским (точнее, соприкосновение, общий рубеж-"фронтир") создавали для казанских богатуров уникальную возможность съездить за зипунами и ясырем буквально через дорогу (в шаговой доступности) - собрался, подпоясался, и вперед, а к вечеру уже вернулся. Крымцам в этом плане было хуже - им надо было преодолеть сотни верст безлюдной степи, а потом вернутья обратно, а потому их предприятиятребовали серьезнйо организации и до поры до времени (пока русские не продвинулись далеко в Поле) их набеги были относительно релки - в отличие от казанских.
       И вторая причина тоже названа автором "Казанской истории" - развал системы обороны "казанской украины" (Никто же из князей и воевод наших не мог ни подняться против них, ни помешать их зверствам, бесчеловечности и суровости, ни оказать им сопротивления, ни остановить их, и ни в чем им не препятствовали худые, и некрепкие, и немощные воеводы наши) в годы междуцарствия и боярского правления.
       И еще один момент - ситуация на "казанской украине" в эти годы весьма схожа была с аналогичной ситуацией на "украине" "литовской". Там тоже шла "малая война" безперестани. Но, поскольку, похоже, что обмен ударами там был взаимным, то катастрофа не наступила (в переложении некоего книжника).

могучий Нао

Бог создал труд и обезьяну,

чтоб получился человек, а вот пингвина он не трогал - тот сразу вышел хорошо!

       Знакомьтесь - новозеландский (ну почти новозеландский, с острова Чатем - того самого, где жили мирные "дети цветов" и непротивленцы злу насилием мориори) "пеньдвин" Kupoupou stilwelli, который неплохо получился:

file-20191210-95125-ftapa9


       Об этих древних (а жили они почти что сразу после того, как вымерли динозавры, 62,5-60 млн. лет назад) "пеньдвинах" прочитать подробнее можно здесь: Эволюция пингвинов: «сразу вышел хорошо»

Иван Грозный

Цепь аналогий

       Мысль, нет, тезис - а что если провести параллель между пресловутой опричниной и "особным двором" Terribl'я, Приказом тайных дел при Алексее Михайловиче, "птенцами гнезда Петрова" вкупе с гвардией при Петре Алексеевиче и Собственной Его императорского Величества канцелярией вместе с корпусом жандармов при Николая I? Как говорил Александр Васильевич, "Один раз - удача, два раза - совпадение, три - Помилуй Бог, надо ж и умение!. А здесь даже не три раза, а четыре...



Собака Калин-царь

Рабочие войны

       Война - это прежде всего тяжелая и грязная работа, неустанный труд, и ассирийские пионеры знали об этом как никто другой - из анналов царя Саргона II:
      "Симирриа, большой горный пик, что вздымается, словно острие копья, возвышаясь главой над горами, жилищем Владычицы богов, главой вверху упирается в небо, а корнями внизу достигает глубин преисподней и со склона па склон, как рыбий хребет, не имеет прохода,— по бокам его извиваются пропасти и горные ущелья, и при взгляде очам посылает он ужас,— для подъема колесниц и скачки коней неудобен, и для прохода пехоты пути его трудны.
      В откровении мудрости и по замыслу сердца, определенными мне Эйей и Владычицей богов, развязавшими ноги мои на повержение вражеской страны, я заставил саперов моих поднять могучие медные кирки — края высокой горы они сровняли, как плиты, и улучшили дорогу".
      "Я перешел Верхний Заб, который люди Напри и Хабхи называют Эламуния; между Шейаком, Ардикши, Улайу и Аллуриу, высокими горами, громадными холмами, недоступными иглами гор, отвергающими счет,— между ними нет тропинки для прохода пехоты, водопады могучие там низвергаются, и шум их паденья гремит на берегу, словно Адад, поросли они всякими желанными плодовыми деревьями и лозами, как тростником,— где не проходил еще ни один царь и чьих троп не видывал государь, живший до меня,— их большие стволы повалил я, и воистину я стесал недоступные иглы их топорами из бронзы; узкий путь, проход, проулок, где пехота шла бочком, я улучшил между ними для продвиженья моего войска...".

Balawat-Salmanassar


Женераль Мельчетт

Духоподъемного

и скрепоносного вам в ленту...

       Е.В. Муковнин. Молитва Пересвета (2007 г.):

Евгений Владимирович Муковнин (1976- 2019). Молитва Пересвета. 2007 г.


       P.S. Интересно, а что здесь Эовин делает?

Собака Калин-царь

Бог на стороне больших батальонов...

       Если отбросить Deus ex machina, случившийся после того как, то речь ассирийского воеводы Рабсака, обращенная к иудейскому царю Иезекии (точнее, его посланцам) выглядит просто замечательно (Цар 4. 16) и к народу его:
      "Слушайте слово царя великого, царя Ассирийского! Так говорит царь: пусть не обольщает вас Езекия, ибо он не может вас спасти от руки моей; и пусть не обнадеживает вас Езекия Господом, говоря: "Спасет нас Господь и не будет город сей отдан в руки царя Ассирийского. Не слушайте Езекии. Ибо так говорит царь Ассирийский: примиритесь со мною и выйдите ко мне, и пусть каждый ест плоды виноградной лозы своей и смоковницы своей, и пусть каждый пьет воду из своего колодезя, пока я не приду и не возьму вас в землю такую же, как и ваша земля, в землю хлеба и вина, в землю плодов и виноградников, в землю масличных дерев и меда, и будете жить, и не умрете. Не слушайте же Езекии, который обольщает вас, говоря: "Господь спасет нас". Спасли ли боги народов, каждый свою землю, от руки царя Ассирийского? Где боги Емафа и Арпада? Где боги Сепарваима, Ены и Иввы? Спасли ли они Самарию от руки моей? Кто из всех богов земель сих спас землю свою от руки моей? Так неужели Господь спасет Иерусалим от руки моей?".
      А все почему - а все потому, что "для войны нужны совет и сила", а если их нет, то остается уповать только на чудо. А будет ли оно или не будет - Бог весть...

1646-5252-864


      P.S. На этот раз Иезекии повезло - похоже, что ассирийское войско, осадившее Иерусалим, испытывало серьезные проблемы с водоснабжением, так как иудеи постарались уничтожить все источники воды в окрестностях города и по пути вражеской армии. И нехватка воды привела к вспышке неизвестной эпидемии в ассирийском лагере (Дизентерия? Холера?), после чего ассирийцы поспешили отступить. Сам Рабсак, похоже, умер от этой болезни.
      P.P.S. Сам Синаххериб в своих анналах писал потом, что все было не так, совсем не так, ибо он, великий царь, "Хизкию-иудея, который не склонился под мое ярмо — 45 городов его больших, крепости и малые поселения их окрестностей, которым нет счета, продвижением насыпей и приближением таранов, атакой пехоты и штурмовых лестниц я осадил, взял 200150 человек, от мала до велика, мужчин и женщин, лошадей, мулов, ослов, верблюдов, крупный и мелкий скот без числа из них я вывел и причислил к полону. Самого же его, как птицу в клетке, в Иерусалиме, его царском городе, я запер. Укрепления против него я воздвиг, выход из ворот его города сделал ему запретным. Города его, которые я захватил, отделил я от его страны и Метинти, царю Ашдода, Пади, царю Экрона, и Цилли-Белу, царю Газы, отдал и уменьшил его страну. К уплате прежней дани ежегодную подать их, союзнический дар моему владычеству, я прибавил и наложил на них. Он же, Хезкия — ужасные молнии моего владычества ниспровергли его, и вспомогательных воинов (?) и войска его лучшие, которые для укрепления Иерусалима, его царского города, он собрал, и они захотели мира. Вместе с 30 талантами золота, 800 талантами отборного серебра, сурьмой, большими украшениями из камня, ложами из слоновой кости, высокими тронами из слоновой кости, кожами слонов, слоновой костью, эбеновым деревом, самшитом — всем, что есть, знатным богатством, также и дочерей его, наложниц его дворца, певцов и певиц в Ниневию, мою столицу, за мной он прислал, и для уплаты дани и исполнения службы направил своего гонца".

lakhish07


могучий Нао

Черновик Господа Бога...

       Разнообразим наши сообщения с палеонтологического фронта новостью про таинственную эдиакарскую многоножку Yilingia spiciformis. Вот она, осваивает просторы эдиакарского моря:

235e1cd134f8cc36053df3ca37df5184


      Что пишут: Исследователи описали двусторонне-симметричное животное, которое обитало 551-539 миллионов лет назад, сообщается в Nature. Оно было подвижным, что подтверждают оставшиеся после него следы, и внешне напоминало многоножку. Авторы полагают, что Yilingia spiciformis, возможно, относилось к кольчатым червям или членистоногим... Палеонтологи из Китая и США под руководством Шухая Сяо (Shuhai Xiao) из Политехнического университета Вирджинии описали еще одно подвижное билатеральное животное, которое обитало в конце эдиакарского или начале кембрийского периода. У Yilingia spiciformis, как назвали новый вид, было состоящее из примерно 50 сегментов тело. Внешне животное напоминало современных многоножек, его длина достигала 27 сантиметров, ширина не превышала 2,6 сантиметров.

      Конечно, это не гигант мезозоя и не наш непосредственный предок, но все же - из таких вот совсем невпечатляющих ни размерами, ни красотой, ни силой и мощью "червячков" со временем образовалось все минувшее и нынешнее разноообразие живой природы.

Иван Грозный

А не мочно царю без грозы быти; как конь под царем без узды, тако и царство без грозы...

       У С.С. Аверинцева есть любопытные наблюдения над природой и сущностью русской святости.
В свое время он писал, что эта самая русская святость, «будучи православной, имеет предпосылки, общие для нее с византийской святостью», однако при этом «эмоциональная ее окраска иная: она отвечает впечатлительности молодого народа, куда более патриархальным устоям жизни, она включает специфические тона славянской чувствительности». В русской православной святости эпохи позднего Средневековья – раннего Нового времени, (времени «бури и натиска», Storm und Drang – Thor), продолжал философ, «контрасты «кроткого» и «грозного» типов святости … не опосредованы цивилизацией, как это в возрастающей мере происходило на Западе, и не транспонированы в «умственную» тональность, как в Византии, – они выступают с такой потрясающей обнаженностью и непосредственностью, как, быть может быть, нигде». «Если святой грозен, – пишет дальше Аверинцев, – он до того грозен, что верующая душа может только по-детски робеть и расстилаться в трепете», и, напротив, если святой кроток, то его кротость «такая бездна, что от нее, может быть, еще страшнее». «Это два полюса единой антиномии, лежащей в самых основаниях «Святой Руси», – приходит к выводу исследователь. И продолжая развивать тему «грозной» святости, он отмечал, что от такой святости «по преимуществу ожидают от «святителей» – епископов, наделенных церковной властью, которую трудно отделить от политической», ибо «власть должна внушать страх», быть жесткой, «крутой». В качестве такого «крутого» святого Аверинцев приводит яркий пример Иосифа Волоцкого, который в одной ипостаси выступает за беспощадное преследование еретиков и тех, кто вовремя не донесет на них, а в другой является перед нами в образе народного заступника и печальника.

IMG_6578


      Напрашивается прямая параллель между «крутым» Иосифом Волоцким и «грозным» царем Иваном. Оба они, говоря словами народной песни, «добре круты» и готовы, по словам Аверинцева, как крутые хозяева, без малейшего намека на чувствительность, строить совместную жизнь людей «на «грозе», на крутой строящей воле, не знающей границ» (см. высказывание того самого Пересветова, вынесенное в заголовок. кстати, судя по всему, Пересветов написал свои соичнения на закате "боярского правления", когда бояре окончательно распоясались и тащили в свои домы все, что не прибито гвоздями, а что было прибито - то отдирали и обратно тащили. И простецы, подобные Пересветову, псковичам или москвичам - посадским людям, ждали, когда же наконец царь исполнить свои функции и покарает злодеев). Такой патриархальный «крутой» и действительно «грозный» царь, обладающий высшей властью судить и карать и внушающий страх «злым», в чем-то схожий с ветхозаветным Господом и пророками его, соответствовал, выходит, ожиданиям простого народа и прочно вошел в его память (в качестве персонажа исторических песен).
      P.S. Счас сработает аргумент собаки и бображелатели царю Ивану набегут с язвительными комментариями.