Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

Иван Грозный

Хорошая позиция...

       Протосоциалист Вас.Вас. Берви-Флеровский (он же Вильгельм Вильгельмович Берви) в своих записках "Три политические системы: Николай I-й, Александр II-й и Александр III-й", опубликованных в Берлине в 1891 г., дал такую любопытную характеристику николаевскому режиму (Николая I, конечно, а вы о ком подумали?) :
      Николай I приучил русское общество всякое политическое восхваление и всякое политическое порицание сосредотачивать на лице одного императора. Когда правительству курился фимиам, он относился к лицу императора, когда секретно жестоко порицали его, порицали опять-таки одного императора. Николай до такой степени привык сосредотачивать в своем лице все правительство, всю политику, он так громко провозглашал - "государство - это я!" - он так настаивал на том, что кроме его в России никакой политической силы не может быть, что все привыкли смотреть в этом случае его глазами...



      Не Николай Павлович, а прямо таки Господин Дракон какой-то и зачарованное им обчество! Умер Господин Дракон, и тут же все сразу и прозрели - спало наваждение с глаз долой, и все узрели ПравдуЪ! Впрочем, весьма удобная позиция - мы не виноваты, это все Он! Но тут впору вспомнить известную фразу: "Всех учили. Но зачем же ты оказался первым учеником, скотина этакая?".

Собака Калин-царь

Можно ли научить кухарку управлять государством?

       Флорентийская республика на закате Средневековья - заре Нового времени: "Доступ во власть широких слоев общества приводил к засилью дилетантизма, разглашению секретов, неповоротливому и плохо работающему аппарату. Дневники (флорентийских горожан - Thor) демонстрируют "изнанку народовластия": постоянные реформы, смены правлений, борьба партий и группировок". Как итог, флорентийцы оказались массово подвержены болезни абсентеизма, когда "интересы семьи и рода ставились выше гражданского долга".

Benozzo_Gozzoli,_cappella_dei_magi,_Cosimo_de'_Medici_and_Carlo_de'_Medici


       Что-то мне напоминает эта картина (не фрагмент фрески, а то, что закавычено) - а вот что, афинскую демократию постперикловской эпохи. Засилье дилетантов, борьба партий и группировок, демагогия, провалы во внешней и внутренней политике и т.д. Общая болезнь сенильной демократии, однако?

Старый еврей

Польский балкон...

       Читаю сейчас "Польские земли под властью Петербурга. От Венского конгресса до Первой мировой" немецкого историка Рольфа Мальте.

logo-380-520


       Странное ощущение - вроде бы и книга толковая, и перевод хороший, а вот чувство некоей недосказанности налицо. Автор подробно расписывает сущность политического режима, установленного Петербургом в "конгрессовой Польше" и колебания оного вслед за линией партии правительства. Но вот почему Александр I настоял на том, чтобы присоединить к России эту часть коренной Польши, зачем ему и его преемникам был нужен этот чемодан без ручки - вот об этом автор и не пишет ничего. Ну вот так получилось - и все тут, Екатерина начала, Александр, действуя согласно заветам своей бабки - закончил, и понеслась история по ухабам.
       Оно, конечно, александрова полонофилия сыграла свою роль, этого не отнять, не прибавить, но только ли одна она? Однако если добавить к ней еще и рациональный мотив, а именно "конгресовка" как выдвинутый далеко на запад передовой плацдарм, с которого русская армия могла в кратчайшие сроки добраться до Рейна - вот тогда все встает на свои места (кстати, сам немец пишет о том, что концентрация русских войск в Привиленском крае носила беспрецедентный характер, но ненавязчиво подводит читателя к тому, что эта концентрация объяснялась сугубо политическими, точнее, полицейскими соображениями - на тот случай, если неблагодарные поляки решать снова устроит восстание. Вот тут-т русский штык как раз к месту и оказался бы!).И в такой перспективе многое может быть объяснено (или, во всяком случае, непротиворечиво объяснено). И "золотой дождь" инвестиций, пролившийся ан Польшу, и "полонофилия" Александра и его брата (армии нужен более или менее надежный тыл), и всякие поблажки полякам (конституция. сейм, армия, польский язык как государственный и пр.).
       И точка отсчета времени, с которого обладание Польшей ничего Петербургу не могло принести, кроме головной боли, также становится понятной - 1879 год, год, когда Вена и Берлин слились в экстазе и страстном поцелуе. С этого момента польский балкон превращался в ловушку для русских войск, ибо напрашивался удар под его основания с севера, из Пруссии, и с юга, из австрийской Галиции, и удержание этого балкона превращалось в серьезную и практически неразрешимую стратегическую проблему, особенно если учесть, что имперским властям так и не удалось добиться перелома в отношениях с польским обществом. Надо было избавляться от Польши - решительно, раз и навсегда. Увы, это сделано не было - несмотря на то, что смысл обладания "конгресовкой" был утрачен, в Петербурге продолжались с упорством, достойным лучшего применения, цепляться за этот чемодан без ручки, неся немалые потери - и если бы только репутационные...

Басманов_старшой

Сколь веревочке не виться...

      В общем, начатый много месяцев назад "Ливонский цикл" на Warspot'e подошел к закономерному концу. И эта статья перекидывает мостик к следующему циклу (который тоже идет и тоже потихоньку приближается к завершению) - о Полоцклй войне 1562-1570 гг.:
       Шведский король Эрик XIV интригами и дипломатией увёл Ревель (современный Таллин) из-под носа не только у датского принца Магнуса, но и у польского короля Сигизмунда II. А ведь монарх, рассчитывая на содействие магистра Ливонского ордена Кеттлера, надеялся закрепить за собой город и прилегающие к нему земли. По первости Сигизмунд сильно разгневался: он был уверен, что действия Кеттлера, подкреплённые наличием в городе польской «президии», позволят ему прибрать к рукам Северо-Западную Ливонию. Однако затем он успокоился и обратил внимание на Ригу и остатки орденских владений, утешаясь тем, что теперь-то Эрик будет иметь дело с Московитом, а это должно было поспособствовать политическим планам польского короля — война с Москвой была не за горами. Сам же Сигизмунд тем временем собирался довести до конца «инкорпорацию» Ливонии в состав своих владений



      P.S. И снова, как обычно, премного благодарен буду за доброе слово и лайк на Warspot'e после прочтения статьи!

Собака Калин-царь

Большой восточноевропейский политик...

       Если применить к развитию восточноевропейских политических отношений более поздние "системные" аналогии, то по принципу выделения "систем" ("система" венская, парижская, берлинская, версальско-вашингтонская и пр.) здесь можно выделить несколько этапов или "систем" подобного типа.
       Первая "система" - условно "ордынский мир", основанный в XIII в., когда пресловутые "монголо-татары" завоевали большую часть Восточной Европы и здесь возник Джучиев улус, сиречь Золотая Орд, типичная "трибутарная империя" по классификации Ч. Тилли (по его определению, для подобного рода государств характерно было иерархическое внутреннее устройство, в котором входившие в состав империи территории сохраняли в большей или меньшей степени внутреннюю автономию, но находились в вассальной зависимости от имперского центра). Главная отличительная черта этой "системы" - хорошо прослеживаемая вертикальная иерархия отношений внутри Орды, чем-то схожая с той иерархией, что сложилась к тому времени в Западной Европе (наверху - император, ниже всякие там короли и т.д.). Характер этих отношений и зависимости (пресловутого «ига») определялся тем, как и на каких правах данная территория вошла в составе империи и насколько важна была эта территория для имперских властей. Правила игры внутри этого "ордынского мира" за полтораста лет сложились в довольно четкую систему, были довольно прозрачны и понятны и были хорошо усвоены всеми участниками "Игры". Имперский центр выступал по отношению к своим вассалам в роли верховного суверена, судьи и арбитра, его воля, оформленная надлежащим образом (к примеру, в форме ханского ярлыка или битика), имела силу закона, нарушение которого каралось полицейским акциями в виде посылки карательных экспедиций. Подчиненный статус вассалов фиксировался соответствующим образом, в т.ч. и в посольском протоколе, и в формулярах, использовавшихся в дипломатической переписке, и в титуловании сторон и т.д., и т.п. Верная служба сюзерену вознаграждалась ханской милостью, неверная - наказывалась.
       Но в середине XIV в . Золотая Орда погружается в кризис, из которого она так и не вышла и спустя столетие де-факто перестала существовать. Вместе с ней ушел в прошлое и "ордынский мир" (хотя фантомные боли еще долго будут тревожить менталитет татарской знати и правящей элиты). Распад Орды пришел к масштабным потрясениям и реконфигурации всего политического ландшафта в регионе. Как результат, на месте мира ордынского возник новый мир, новая система, "постордынская". Главная ее характерная черта, выражаясь современными терминами, заключалась в "биполярности", в противостоянии двух "блоков" - русско-крымского и большеордынско-литовского. Формально в этих блоках Большая Орда и Крым играли роль ведущего "партнера", а Москва и Вильно, соответственно "меньшого брата". Де-факто же, подняв статус "братьев меньших" до "братского" и учинив тем самым некое "царское" "пожалованье", ханы Орды (которая Большая) и Крыма приравняли московского и литовского великих князей к себе, поставив их на одну доску с собой.Понятно, что сделано это было не от хорошей жизни - "меньших братьев" надо было прочнее привязать к себе в этом великом противостоянии, в ходе которого решалась судьба золотоордынского политического наследства, но так или иначе, прежняя иерархия была разрушена и закладываются основы новой "старины", новые прецеденты, на которые потом будут ссылаться, требуя соответствующего к себе отношения, в Млскве и в Вильно. И еще одни важный момент - признавая за Москвой и Вильно "братский" статус, в Кыркоре и в Сарайчике тем самым признавали, скрипя зубами, кардинальную перемену в расстановке сил - и Русское государство, и Великое княжество Литовское серьезно нарастили своей военно-политический и экономический потенциал, пребывая внутри "ордынского мира", и теперь стали полноправными игроками на восточноевропейском политическом поле.
       Третий этап в развитии политических отношений в регионе начинается в начале XVI в., и связано это начало было с распадом Большой Орды (неожиданно она оказалась самым слабым звеном в "биполярной" политической системе постордынского мира"). Четырехугольник сменился на классический треугольник Москва-Вильно-Бахчисарай и на соревнование двух имперских проектов - московского и крымского. Участники этой "Большой игры" имели перед собой разные цели, заключали временные, ситуативные союзы (хотя крымско-литовский союз оказался более долгим и характерным для большей части столетия), в полную мощность работал пресловутый "крымский аукцион". А что до итога - так итог оказался печальным для двух из трех участников этого соревнования. В 1569 г. Литва была инкорпорирована Польшей и утратила де-факто политическую субъектность, а Крым потерпел неудачу в "Войне двух царей" С Москвой и вынужден был расстаться с мечтой об имперском величии. Москва же в итоге получила царский приз - доминирование в Восточной Европе и сумела реализовать свой имперский проект.



Иван Грозный

"Все знают, как не надо,

а кто мне скажет, как надо...". Изменю (второй раз за всю карьеру блохера) своему обету не вдаваться в политические разборки, но все же.
       По поводу вчерашнего выступления Наитемнейшего и забега блохеров, ыкспердов и оналитегов. С одного край фредленты слышится - "Путин, введи карантин, всех под замок, иначе мы все умрем" и, как вывод, раз карантин не введен, то эта власть - антинародная и ведет страну к гибели (Рашкафсьо). С другой стороны ленты не меньший крик - "Полный карантин - это гибель, бизнес умрет, а вместе с ним - мы все умрем" (Рашка снова фсьо). А раз "отпуск" продлен до конца месяца - эта влада злочинна и далее по списку. И еще раз повторю фразу внесенную в заголовок - "Все знают, как не надо. А кто мне скажет, как надо". Кто может, положа руку на сердце (на Евангелие, на Конституцию или на что там полагается ее класть?), что он располагает объемом информации достаточно полным, чтобы давать прогнозы и советы и уверен на 146 % в том, что именно его путь - единственно верный?
       В качестве видеоилюстрации - известный диалог (впрочем, скорее монолог) Сталина и Чкалова из известного телесериала:



       Любопытно, как такая вещь могла попасть на 1-й канал в 12-м году...

Иван Грозный

Было ли Русское государство

московский период его истории централизованным, т.е. единым, внутренне консолидированным политическим образованием, унифицированным в административном, институциональном, правовом (как минимум, поскольку можно без особого труда вывести и иные уровни централизации) отношении?
       Мне представляется, что нет, т.е. не то чтобы оно оставалось государством с "рассеянным суверенитетом", каким было Великое княжество Владимирское прежде, оно вступило на путь централизации, но путь этот оказался долгим и растянулся на несколько столетий.
       Несомненно, что Российское государство, возникшее в конце XV в. в результате последовательной объединительной политики московских великих князей, со времен Ивана Калиты (1325-1341 гг.) собиравших и земли, и власть в своих руках, отличалось от рыхлых, неконсолидированных, обладавших «рассеянным» среди множества удельных князей суверенитетом средневековых русских княжеств – того же Великого Владимирского княжества, к примеру. Можно ли назвать это образовавшееся в исторически очень короткий срок государство «централизованным»? В определенном смысле – да. Однако не стоит одновременно преувеличивать степень его внутренней консолидации и «централизованности». Мы исходим из того, что сама по себе «централизация» – процесс многоплановый, многоуровневый, и на каждом его уровне он проходил с разной скоростью. В военной и политической сферах «централизация» была достигнута раньше, чем, скажем, в правовой области, и связано это было, несомненно, с теми процессами «накачивания» властной инфраструктуры, о которых говорилось прежде.
       Вместе с тем, несмотря на определенные успехи в «собирании власти» последними Рюриковичами, считать их действительно подлинными автократорами-самодержцами, было бы, на наш взгляд, несколько преждевременно. Да, Иван III, Василий III и Иван IV были сильными монархами, яркими личностями, волевыми, авторитетными, харизматичными, обладавшими значительной властью (что так поражало иностранных наблюдателей – того же имперского дипломата С. Герберштейна), но обладало ли государство само по себе силой, необходимой для того, чтобы навязать обществу, «земле», свою волю? Пожалуй, что еще нет. И стоит, на наш взгляд, согласиться с мнением К.В. Петрова, подчеркивавшего институциональную слабость раннемодерного Российского государства. Анализируя особенности «содержания» Российского государства в раннее Новое время, он писал, что «государство XVI – XVII вв. слабый социальный институт по сравнению с современным государством». Как результат, продолжал историк свою мысль, «слабой была не власть Ивана III или Василия III над своими боярами, относительно слабым было государство в возможности осуществлять меры принуждения в отношении населения» и по этой причине «государство, будучи не в состоянии своими силами обеспечить соблюдение правопорядка на территории страны, для решения указанной задачи привлекало само общество…» (а про это я уже не раз писал прежде - Thor. Это, кстати, к вопросу о тирании Ивана Грозного и его батюшки, о которых так любят писать интуристы).
       Эта слабость, в свою очередь, была следствием незавершенности процессов «собирания власти» и «централизации». Эта же незавершенность обуславливалась эволюционным путем развития русской государственности – «новизна» в нем медленно «прорастала» сквозь «старину», обретая тем самым необходимую для ее восприятия обществом легитимность (а вместе с тем еще и бедностью русского государства и общества). Тем не менее, подвижки, на первый взгляд незаметные, по прошествии нескольких десятков лет были, и значительные. Уже в малолетство Ивана IV, в эпоху «боярского» правления, степень деперсонализации власти была достаточно велика для того, чтобы растущий бюрократический аппарат сумел взять на себя немалую долю повседневной административной рутины и не допустить остановки работы государственной машины в условиях раздрая и хаоса в верхних эшелонах власти. Запас прочности центральных властных структур оказался достаточно велик и для того, чтобы позволить Ивану Грозному осуществить рискованный эксперимент с опричниной и не опрокинуть страну в очередную смуту подобную той, что имела место в конце 30-х – 1-й пол. 40-х гг. XVI в., в эпоху пресловутого «боярского правления». Подчеркнем – все это стало возможным во многом благодаря той самой «бюрократизации» (впрочем, она не была не только единственным, но даже и доминирующим фактором в этих процессах).
       Однако еще раз подчеркнем – не стоит преувеличивать успехи верховной власти в деле «собирания власти» и «централизации» в «долгий XVI век». Начало XVII в, эпоха великой Смуты, едва не положившей конец Российскому государству как политическому субъекту, показала, что само по себе государство оказалось неспособным справиться с системным политическим и структурным кризисом. И здесь на помощь ему пришло земское самоуправление, окончательно конституированное при Иване Грозном и превратившееся пусть и в младшего, ведомого, но все же партнера верховной власти в деле управления государством. Это самоуправление, олицетворявшее собой (и опиравшееся на традицию) «старину», лишь в эпоху Петра Великого превратилось в подчиненного, зависимого, лишенного собственной воли и политической субъектности, участника властных отношений. Свою роль, и немалую, в этом сыграла бюрократизация управления Московским государством – те тенденции, которые наметились при последних Рюриковичах, при первых Романовых набрали обороты и в конечном итоге позволили Петру I сделать решительный шаг на пути преобразования монархии земско-самодержавной в монархию бюрократически-самодержавную. Но это уже XVIII век, иная эпоха.

i_029


Иван Грозный

Лемминги

       Собственно говоря, с чего начались истории про афинскую демократию? Так по работе же, возникла необходимость разобраться с устройством греческого полиса (что там нынче антиковеды пишут - не все ж повторять то, что было написано во времена очаковские иль покоренья Крыма, того, самого первого). Ну и разобрался - лучше б не читал. От прежнего образа беломраморного храма на зеленом холме на берегу синего моря под сияющим июльским солнцем ничего не осталось. Нет, нельзя сказать, что вот прямо так сразу и случился когнитивный диссонанс - подозрения были и раньше, они крепли, крепли день ото дня, но тут перечитал кучу новейшей литературы, книг и статей и...
       В общем все плохо, очень плохо. Коренной порок афинской демократии в ее перикловом изводе (впрочем, там и раньше хватало проблем, но здесь они просто окончательно выползли на руку - Периклу еще удавалось их сдерживать, но он ушел, и понеслось) заключался именно в державном демосе, который принципиально не был готов к самостоятельной государственной работе - безответственен, сторонник простых и примитивных решений, которые были понятны и соответствовали коллективному бессознательному, нелюбитель всякой ответственности, завистлив и вообще, туп, глуп, соплив и Богу противен? но при этом считал себя солью земли, великим и мудрым, рожденным для того, чтобы управлять государством.
       Но и это не самое главное - хуже всего то, что державный демос был легко манипулируем и был послушным орудием в руках бессовестных политиков - демагогов в худшем смысле этого слова и при этом был убежден в том (как тот самый Софан), что он тут власть, а всякие там фемистоклы, аристиды, кимоны, мильтиады и прочие периклы )да-да-да, и Перикл тоже) только мешаются под ногами. И не дай Бог (ну или там Зевс) какой-нить политик не оправдает мгновенные хотелки державного демоса (ну вот так - сделайте нам красиво, и чтобы нам за этого ничего не было, и главное, чтобы это вышло быстро и задешево) - никакие прежние заслуги не спасут. Хорошо еще, если обиженный державный демос только оштрафует неоправдавшего высокое доверие, а могло быть и хуже. В общем, афинская демократия эпохи своего расцвета представляла тот еще гадюшник, и чтобы быть политиком в Афинах в то время, надо было иметь даже не стальные, а титановые нервы, выдержку и быть абсолютным стоиком. В общем, никакого восхищения афинская демократия не вызывает.

Misunderstood-Expression-Montar-un-pollo-e1548276527710


       P.S. И да, я считал, считаю и продолжаю считать, что монархия, демократия, тирания и пр. - не более чем инструменты в руках власть предержащих, посредством которых они реализуют свое право на власть и легитимизируют его.


Собака Калин-царь

О бобах и стратегах

       Не так давно, несколько дней назад, встретилось мне в Мордокниге примечательное высказывание:
       "Принципиальное требование большинства критиков вовсе не смена персоналий, а изменение политического режима с тем, чтобы поставить лиц, принимающих решения в зависимость от мнения народного. Чтобы все - от самого мелкого главы поселкового совета до самых мощных башен Кремля ежедневно с трясущимися руками поднимали результаты опросов и информационные бюллетени с рейтингами, хватаясь кто за наградной пистолет, кто за сердечные капли".
       И сразу вспомнилась два момента. Первый - эпизод из "Билета на планету Транай":
       "Берг взялся рукой за президентский медальон и начал снимать его с шеи.
       Внезапно медальон взорвался.
       Гудмэн с ужасом уставился на окровавленное месиво, которое только что было головой Берга. Какое-то мгновение Верховный Президент держался на ногах, затем покачнулся и сполз на пол.
       Мелит стащил с себя пиджак и набросил его на голову Берга. Гудмэн попятился и тяжело опустился в кресло. Губы его шевелились, но дар речи покинул его.
       – Какая жалость, – заговорил Мелит. – Ему так немного осталось до конца срока президентства. Я его предупреждал против выдачи лицензии на строительство нового космодрома. Граждане этого не одобрят, говорил я ему. Но он был уверен, что они хотят иметь два космодрома. Что ж, он ошибся.
       – Вы имеете в виду... я хочу... как... что...
       – Все государственные служащие, – объяснил Мелит, – носят медальон – символ власти, начиненный определенным количеством тесснума – взрывчатого вещества, о котором вы, возможно, слышали. Заряд контролируется по радио из Гражданской приемной. Каждый гражданин имеет доступ в Приемную, если желает выразить недовольство деятельностью правительства. – Мелит вздохнул. – Это навсегда останется черным пятном в биографии бедняги Берга...".
       И ведь ситуация, описанная Р. Шекли, не то чтобы такая уж фантастика - нечто подобное уже было в истории, когда в Афинах державный демос именно так и управлялся со своими магистратами. Самый замечательный во всех отношениях пример - последствия победы афинского флота над спартанским при Аргинусских островах в 406 г. Спартанцы были наголову разгромлены, потеряли большую часть флота, погиб их наварх Калликратид (уже в который раз спартанские адмиралы шли на дно со своим флотом), однако державный демос счел необходимым покарать стратегов, которые, как выяснилось, из-за шторма не сумели собрать павших сограждан и достойно похоронить их. По возвращению в Афины шесть стратегов (двое, самые умные, решили не возвращаться) были отданы под суд. Из Ксенофонта, его "Греческой истории":
      "Еврип­то­лем, Писи­а­накт и несколь­ко дру­гих лиц высту­пи­ли про­тив Кал­лик­се­на с обви­не­ни­ем во вне­се­нии про­ти­во­за­кон­но­го пред­ло­же­ния. Но их выступ­ле­ние встре­ти­ло в народ­ном собра­нии одоб­ре­ние лишь немно­гих; тол­па же кри­ча­ла и воз­му­ща­лась тем, что суве­рен­но­му наро­ду не дают воз­мож­но­сти посту­пать, как ему угод­но.
      Вслед затем Ликиск пред­ло­жил, чтобы при­го­вор отно­си­тель­но стра­те­гов рас­про­стра­нял­ся и на тех, кото­рые под­ня­ли вопрос о закон­но­сти пред­ло­же­ния Кал­лик­се­на, если они не при­мут назад сво­их про­те­стов; тол­па под­ня­ла сочув­ст­вен­ный шум, и про­те­сто­вав­шие долж­ны были отка­зать­ся от сво­их воз­ра­же­ний.
      Когда же и неко­то­рые из при­та­нов заяви­ли, что они не могут пред­ла­гать наро­ду про­ти­во­за­кон­ное голо­со­ва­ние, Кал­лик­сен, взой­дя на кафед­ру, пред­ло­жил вклю­чить и их в чис­ло обви­ня­е­мых.
      Народ гром­ко закри­чал, чтобы отка­зы­ваю­щи­е­ся ста­вить на голо­со­ва­ние были тоже при­вле­че­ны к суду, и тогда все при­та­ны, устра­шен­ные этим, согла­си­лись поста­вить пред­ло­же­ние на голо­со­ва­ние".
       По итогам голосования, которого так добивался державный демоc, полагая себя вправе судить своих магистратов и не давать им возможности оправдаться, "все восемь сра­жав­ших­ся стра­те­гов были осуж­де­ны и шесте­ро из них, нахо­див­ши­е­ся в Афи­нах, под­верг­лись смерт­ной каз­ни". А потом была катастрофа при Эгоспотамах, осада Афин и с моря, и с суши спартанцами и их союзниками, голод, мор, капитуляция, падение демократии, тирания Тридцати, массовые казни (если верить Аристотелю, в Афинах тираны казнили за 8 месяцев полторы тысячи человек - своих сограждан). Но за то державный демос продемонстрировал свое право казнить и миловать холопей своих по своему разумению и хотению... Демократия, чо - ешьте, не обляпайтесь, у нас незаменимых людей нет, всякий афинянин настолько умен и велик, что может быть кем угодно - а хоть и стратегом! Бобы не обманут...

s1200


      UPD. Необходимое пояснение насчет бобов. Сократ поучал своих последователей, что "глу­по долж­ност­ных лиц в государ­стве выби­рать посред­ст­вом бобов, тогда как никто не хочет иметь выбран­но­го боба­ми руле­во­го, плот­ни­ка, флей­ти­ста или испол­ня­ю­ще­го дру­гую подоб­ную работу, ошиб­ки в кото­рой при­но­сят гораздо мень­ше вреда, чем ошиб­ки в государ­ст­вен­ной дея­тель­но­сти". Однако афинский державный демос думал иначе, и вменил Сократу в вину и это его утверждение.

Иван Грозный

Эксперимент на стране, которую не жалко...

       Ув. Н.А. Власов (navlasov) на своей страничке в ЖЖ разместил перевод письма "железного канцлера", адресованного кронпринцу Фридриху Вильгельму и датированного 23 мая 1881 г. Мне это письмо показалось прелюбопытнейшим и я решил его привести у себя, выделив самое "вкусное", ибо прошло уже почитай что почти полтора столетия, а воз и ныне там:

DaAAAgM3suA-1920


Collapse )