?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: армия

      Ну все, выдохнул - на одном дыхании прочел "Железо и кровь".

1033095619


      Отличная вещь! Два замечания - первое относительно того, что хорошо, но мало и банкет оказался слишком коротким, и второе - маловата детализация (хотелось бы больше всяких цифирек, персоналий и пр. деталюшек). Тем не менее, большая жирная "пятерка" и непременная рекомендация всем, кого интересует политика и военная история 2-й половины XIX в.
      Теперь насчет UPD. Последние главы книги посвящены боевым действиям во Франции после Седанской катастрофы. После капитуляции окруженной в Седане Шалонской армии у Франции осталась только блокированная в Меце Рейнская армия и разрозненные части и подразделения, разбросанные семо и овамо. По существу, Франция лишилась регулярной армии. Однако лидер французских республиканцев Леон Гамбетта отказался признать поражение и организовал лихорадочную деятельность по созданию новой армии.

800px-LéonGambetta


      Колоссальные усилия Гамбетты и его сотрудников дали свои результаты - Франция обрела новую армию взамен утраченной. Не считая блокированных в Париже сил, уже в октябре французы располагали почти тремястами тысяч солдат и офицеров в линейных формированиях и еще почти двумястами пятьюдесятью - в составе ландштурма мобильной гвардии. И это был еще не конец, ибо мобилизация продолжалась. Однако практически все созданные заново формирования испытывали массу проблем - мало того, что они были составлены из практически необученных новобранцев, но им остро не хватало квалифицированных, хорошо подготовленных и профессиональных офицеров и генералов и, что самое главное, унтер-офицеров, отсутствовал тыл как таковой, налицо была нехватка артиллерии, не организована была надлежащим образом штабная служба и т.д., и т.п. Короче, налицо были все проблемы, характерные для вновь сформированной армии (синдром дежа-вю - что-то все это мне сильно напоминает). Гамбетта рассчитывал повторить успех северян несколькими годами раньше, и это ему удалось. Но вот беда - если северянам противостояли такие же восторженные дилетанты в лице конфедератов, то французам - германские армии, среди которых даже баварцы превосходили по боеспособности французскую милицию (будем откровенны).

1355150602-1870--neuville--ggngral-interrogeant-un-garde-mobile-soutenant-un-lieutenant-blessg--pmdla


      Итог оказался вполне предсказуемым - порядок побил класс (если последний можно назвать таковым). Попытка повторить успех 1793 г. (впрочем, тут еще можно очень и очень сильно поспорить, насчет этого успеха) в условиях 1871 г. не удалась. Цитирую: "Французам противостояла массовая и в то же время профессиональная армия, опиравшаяся на вполне надежный тыл и ресурсы большой страны". Массовость у Гамбетты получилась "Гамбетта и Фрейсине совершили почти невозможное, запустив механизм перманентной мобилизации и создавая все новые и новые армии"), но вот с профессионализмом не вышло - для этого у него не оказалось времени. Количество не смогло преодолеть качество. И вот ведь что любопытное - опять про синдром дежа-вю. Ситуация, в которой оказался Гамбетта и его соратники, повторилась позднее и у нас. Когда летом 41-го была разгромлена и уничтожена кадровая Красная Армия, Сталину и Ставке пришлось запустить тот самый механизм перманентной мобилизации и столкнуться примерно с теми же проблемами, что и Гамбетте. Правда, вводные у Сталина была все-таки получше, поэтому в конце концов новая Красная Армия сумела добиться, пусть и ценой огромных потерь, победы в войне.
      P.S. Можно привести и еще один аналогичный пример - мобилизацию британской армии в 1914-1916 гг. Масса параллелей.

       Намедни Михаил Диунов на Warhead'e опубликовал материал под провокационным названием Роковая ошибка генерала Милютина: как армейская реформа разрушила империю.

       Собственно говоря, провокационным можно полагать даже не само название статьи - то, что Милютин допустил ряд серьезных ошибок, пагубно сказавшихся на русской армии пореформенного периода, писали не раз и не два и даже не три. С самого начала осуществления его преобразований он и его действия подвергались жесткой и нелицеприятной критике, а в особенности ему припомнили его деяния после поражения в несчастной русско-японской войне. Нет, здесь дело в другом, и автор снова поднял проблему, взглянув на нее с другой стороны, под иным ракурсом.
       Главные тезисы статьи - главной опорой Российской империи была армия, профессиональная и являвшаяся, по сути дела, государством в государстве, этакой корпорацией-сословием. Взятый рекрут после жесткого обучения превращался в солдата, не мыслившего себя иначе, кроме как на службе Его Величества, действительно становился "механизмом, артикулом предусмотренным". Однако, прежде чем это происходило, новобранец подвергался жесткому дриллу и идеологической накачке, напрочь вышибавшим из него остатки гражданского мироощущения и намертво вбивавшим в него (и через спину тоже) осознание своей особости и инаковости по сравнению со всякими "шпаками".
       Крымская война произвела на русское общество, и на военных тоже, удручающее (хорошее определение подобрал автор - я бы даже добавил к нему "паническое" типа "Все пропало шеф, все пропало!") впечатление. Придя к выводу, что Бог таки на стороне больших батальонов, в Петербурге решили сменить рекрутскую систему набора на призывную (не конскрипционную, не всесословную - поскольку в введенной Милютиным системе призыва были большие бреши именно по сословному признаку - см., например, Головина). В итоге в погоне за количеством проиграли в качестве. отсюда и поражения, отсюда и крах империи.
       Тезис, конечно, провокационный и заставляющий поразмыслить. С одной стороны, комментаторы верно заметили, что в век массовых армий сохранять рекрутскую систему, не позволявшую быстро нарастить численность действующей армии, было бы нелепо, тем более для такой континентальной державы, как Россия. Но, с другой стороны, низкое качество призываемого контингента требовало весьма и весьма основательного его обучения, а вот эту проблему в русской императорской армии пореформенного периода удовлетворительно решить не смогли. Нет, конечно, кадровые войска, в особенности та же гвардия и элитные армейские части, отличались высоким уровнем подготовки и морального духа, но держалось все это на кадровом офицерстве и на сверхсрочнослужащих, унтер-офицерах. Когда они были выбиты, то заменить их оказалось некем и нечем. Наладить же подготовку командных кадров надлежащего качества в тылу, равно как и подготовку новобранцев, военная машина Российской империи не смогла.
       Еще один важный момент - автор статьи верно заметил, что более или менее эффективно массовая армия индустриальной эпохи могла работать при условии наличия "нации" с развитым национальным сознанием и соответствующими идеологическими и иными институтами (идеологической накачкой в том числе). В старой России (впрочем, как и в советской, и постсоветской) нация как целостный организм так и не сложилась - я веду речь именно о великорусской нации. Национальность была, а вот нации - нет, процесс нацбилдинга оказался незавершен и в первом, и во втором, и в третьем случае. Отсюда и проблемы, которые бросаются в глаза - а хоть бы и моральная неустойчивость войск, когда они части стоят насмерть, а рядом другие бегут, сломя голову, от первых же выстрелов неприятеля и толпами сдаются в плен. Здесь велика роль того самого "учителя", который выиграл Садовую и Седан. Упрощенно - государство через систему начального и среднего всеобщего образования вбивает в голову ученикам нужные ему, государству, качества, формирует потенциального солдата и т.п. В Германии такой "учитель" был, во Франции - был, в Британии - был, а вот в России подобного рода система сложиться не успела. В итоге Россия проиграла и войну идей. И, само собой, образование дает новобранца более подготовленного и развитого не только в идеологическом плане, но и чисто в техническом, облегчая для него овладение более сложной техникой и тактикой (шаблонность действий советских войск в годы Великой Отечественной во много была предопределена низким уровнем общеобразовательного развития равно как командного состава, так и рядовых и лишь к концу войны он стал выправляться).
       Можно добавить и еще, порассуждать более обширно, но, по моему, пока достаточно и этого.



Мнение...

       А вот и первый отзыв подоспел на книгу А. Кривопалова - камрад jim_garrison дал ссылку на текст от М. Барабанова:

       Отличная книга Алексея Кривопалова "Фельдмаршал И.Ф. Паскевич и русская стратегия в 1848-1856 гг." берет сразу две в общем малопаханные в нашей исторической литературе темы - русское военное планирование и эпоху Николая I. И то и другое освещается в нашей историографии достаточно скудно.
       Николай Павлович, бесспорно, вообще один из самых недооцененных отечественных правителей - между тем, именно в его царствование в значительной мере и было сформировано Российское государство в том системно-бюрократическом облике, которое сохраняется в основных чертах до настоящего времени. Николаевские военные реформы 1830-1840-х гг. также в значительной мере предопределили многие черты русской армии до настоящего времени - от мобилизационной организационной структуры и органов высшего управления до многих уставных традиций и шинели как типа обмундирования. И.Ф. Паскевич был одним из главных инициаторов и проводников этих реформ и в этом смысле может занимать почетное место в списке отцов-основателей русской военной мощи.
       Книга Кривопалова ценна прежде всего очерком русского военного планирования с 1830-х гг, и особенно в Крымскую войну, и в этом смысле, безусловно дает массу откровений по отношению к достаточно заштампованной традиционной историографии Крымской войны, проясняя многие мотивы действий русского руководства. В этом отношении книга Кривопалова абсолютный must have для всех интересующихся эпохой
.
       Дальше по тексту еще много чего интересного, в особенности вывод - вот этот: "А далее императив внешней политики и стратегии "не дать сформироваться единой Германии" был похоронен не просто так, а торжествующе. Горчаков, давший воплотиться этому кошмару, стал именно на этом великим дипломатом". Вот-вот, именно так - великий дипломат, он же Парижский мир отменил. А то, что в центре Европы из пушечного ядра вылупился II Рейх - это так, мелочи, на фоне того, что Россия обрела право строить флот на Черном море (который, кстати, так и не был построен к началу русско-турецкой войны - денег типа не было) и благополучно проиграла Берлинский конгресс. А Николай I - дурак и жандарм Европы, а его министр иностранных дел Нессельроде - урод и враг народа, да.
      P.S. Не соглашусь с автором текста в одном - "германский" вопрос встал на повестку дня не сразу, а где-то со второй половины 40-х гг. и в особенности после "Весны народов". До этого Петербург очень серьезно относился к проблеме французского реванша и его политика была подчинена императиву недопущения разгрома потенциальных союзников, Вены и Берлина, по очереди еще до того, как русски войска поспеют к ним на помощь - как это было в 1805 и 1806 гг. Отсюда и особое внимание Петербурга к Царству Польскому. И еще - подчеркну еще раз - Николай I - едва ли не самый недооцененный (быть может, только Ивану Грозному уступает, если не равен ему) и оболганный неблагодарными потомками русский монарх. Не ангел и не червонец, конечно, грешный человек, но ведь Личность ("был культ, но была и Личность").

Botman_-_Emperor_Nicholas_I_(cropped_2)


       Это Бельгия



       А это Россия



       "А мои казармы в Потсдаме так устроены, что брось туда хоть котенка — и котенок скоро замарширует!" (с)

       Я не совсем понял, чего так многие перевозбудились по поводу высказывания представителя одной из древнейших профессий из Германии относительно Прохоровского сражения. А вы ожидали от него нечто иного? Вот он выйдет и начнет бить себя пяткой в грудь, вопия к небесам, urbi et orbi, о величайшем в мировой истории танковом сражении на полях вокруг никому дотоле неизвестного русского села? Ну так это уже даже и не смешно. Сегодня как бы уже очевидно всем, кто более или менее в теме, что такой битвы эпических масштабов не было, и сцены из "Освобождения" можно сдать в утиль. Нет, сражение, конечно было, но, как говорил усатый вождь северных эбису, покоящийся ныне в кирпичной могиле, "нэ так всо было, савсэм нэ так!". И кому интересно, как оно было (в первом приближении, ибо не все детали столкновения 5-й гвардейской танковой и II танкового корпуса "электриков" под Прохоровкой еще выяснены), так, погуглив самую малость, можно сыскать и основные документы, и работы, так или иначе затрагивающие тему - и с чисто исторической точки зрения, и с точки зрения "заклепочничества", и смешанные, и пр.
       И то, что командование Воронежского фронта и представитель Ставки (не будем о лицах) изрядно налажали, вводя в бой свежую танковую армию (А.В. Исаев верно говорит, что они сумели обеспечить ее скрытное выдвижение к передовой - все так, а вот дальше все прошло в лучших традициях старых недобрых 41-го и 42-го годов. Кстати, справедливости ради говоря, те же англичане раз за разом наступали на аналогичные грабли и в Северной Африке, и в Нормандии) - это, увы, печальная реальность. И то, что наши танковые корпуса понесли намного более существенные потери, нежели "электрики" - тоже так (можно только спорить о масштабах, но факт остается фактом). И то, что II танковый корпус SS сохранил боеспособность после столкновения с русскими танками под Прохоровкой - тоже правда (и сумел вместе с III танковым корпусом окружить часть сил 69-й армии юго-восточнее Прохоровки в последующие дни) - это что, не так? И что в известной мере командование 4-й танковой армии выполнило свой план по нанесению неприятелю возможно больших потерь и его обескровливанию - тоже факт (и это признано, пусть и негласно, отечественной официальной наукой). Достаточно сравнить цифры потерь войск Воронежского и Степного фронта в ходе оборонительной фазы Курской битвы с немецкими - цифры скажут сами за себя. Если для кого-то эти новости стали вдруг открытием, запоздавшим лет этак на -дцать - так он , в таком случае, сам себе злобный антропоморфный дендромутант.
       А что касается той самой фразы насчет "Eigentlich müsste dieses Denkmal sofort abgerissen werden", так это его, фрицуги, проблемы - не ему решать, кому и за что ставить памятник в России. И если у него от мысли, что эти русские где-то там поставили неправильный, по его фрицевскому мнению, памятник и у него от этого сильно подгорает (нечто личное, семейное, наследственная память?) - так надо обратиться к соответствующему специалисту, чтобы прописал соответствующее лечение - успокоительные там таблетки, мази, клизмы и прочее, что надлежит делать в таком случае. А с раздуванием всей этой истории в СМИ и в Сети как то нехорошо получилось, как в истории с Геростратом - приказано было забыть, так нет же, все начали обсуждать историю болезни героя, и в итоге вышло с точностью до наоборот.

clip_image043[5]


Танки? Нет, пушки?

       Или танки и пушки, и всего побольше?
       Тут в Мордокниге знатная (ну почти как в старые долрые времена) вышла дискуссия насчет танков как вундервафли времен Первой Мировой войны (ну типа монгольского лука в старые добрые времена и т.п, и т.д.). Вот, мол, если бы не танки, то не видать Антанте победы, а Германия всех покоряет и нагибает. И ссылки на мнения Людендорфа (Амьен - черный день немецкой армии и все такое), Фуллера, сира нашего Базиля который Лиддел Гарт и даже самого (о ужас) Неринга!
       Но вот ведь в чем вопрос - то, что танки сыграли свою роль. и роль немаловажную, никто и не отрицает. Но были ли они чудодейственным ши-ши, без которого решит проблему прорыва позиционного фронта было нельзя? По большому счету, немцы, прорывая фронт союзников весной 1918 г., прекрасно обошлись и без танков, а союзники раз за разом, прорывая фронт немцев с применением танков, все равно, во-первых, использовали чрезвычайно могущественную артиллерию и тучи самолетов, а во-вторых, даже имея их, танки то есть, превратить тактический прорыв в оперативный и тем более в стратегический они ни разу не смогли. При этом немцы вполне себе успешно боролись с танками, выбивая их десятками и даже сотнями.



       И по всему выходит, что танки, конечно, это хорошо, и лучше, если они есть. Но если их и нет, то тоже ничего, можно решить вопрос и без них. Немцы, видя снижение качества своей пехоты, сделали ставку на совершенствование артиллерийской тактики и пехотной, стали отрабатывать тактику применения штурмовых частей и ударных соединений. Союзники, оказавшись в аналогичной ситуации, пошли другим путем, сделав ставку на технику (так и появились танки), но если бы они решили пойти по немецкому пути? В общем, танки - никакая не вундервафля и не магический ши-ши, но еще одно технические средство, облегчившее задачу прорыва позиционного фронта. Они не цель, а всего лишь средство, не более того. А то, что немецкий фронт треснул во 2-й половине лета 1918 г., так это заслуга не только и даже не столько танков, сколько войны на истощение, которую Антанта навязала Германии прежде. Все остальное - вторично по отношению к этому.

       Вчера, наступив на горло собственной песне, остановил участие в наметившейся дискуссии (нафиг-нафиг - пустая трата времени, а убедить кого бы то ни было в "еноте" невозможно, почему я принципиально не участвую в этом деле вот уже лет этак с десяток), но по ходу дела в голову пришло несколько ассоциаций - вещи, о которых нередко забывают те, кто берется писать о военной истории (в событийной ее части, той, что касается "истории битв и сражений").
       Прежде всего пара цитат из классика (сами знаете, о ком идет речь):
       "Война - область недостоверного: три четверти того, на чем строится действие на войне, лежит в тумане неизвестности".
       "Трение это единственное понятие, которое в общем отличает действительную войну от войны бумажной. Военная машина — армия и все что к ней относится, — в основе своей чрезвычайно проста, и потому кажется, что ею легко управлять. Но вспомним, что ни одна из ее частей не сделана из целого куска; все решительно составлено из отдельных индивидов, из которых каждый испытывает трение по всем направлениям. Теоретически получается превосходно: командир батальона отвечает за выполнение данного приказа; так как батальон спаян дисциплиной воедино, а командир — человек испытанного рвения, то вал должен вращаться на железной оси с ничтожным трением. В действительности это не так, и в свое время вскрывается все ложное и преувеличенное, содержащееся в том представлении. Батальон не перестает состоять из людей; при случае каждый из них, даже самый ничтожный, может вызвать задержку или иное нарушение порядка. Опасности и физическое напряжение, с которыми сопряжена война, увеличивают зло настолько, что на них следует смотреть, как на важнейший его источник.
       Это ужасное трение, которое не может, как в механике, быть сосредоточено в немногих пунктах, всюду приходит в соприкосновение со случайностью и вызывает явления, которых заранее учесть невозможно, так как они по большей части случайны".
       А из этой последней цитаты вытекает третья, на этот раз из другого классика:
       "Арифметика довольно примитивная… Если бы каждый наш генерал выиграл по одному сражению, — война закончилась бы, пожалуй, еще скорее.
Лопахин перестал тереть ноги и раскатисто засмеялся:
       — Как же генералы без нас могут сражения выигрывать, чудак? А потом попробуй выиграть сражение с такими бойцами, как мой Сашка. Он еще до Дона не дошел, а на Урал уже оглядывается… Есть, конечно, и генералы, похожие на Сашку. Какого-нибудь беднягу немцы как начали клевать от самой границы, так до сих пор и клюют. Ну, он и уморился, духом упал и уже думает не о том, как бы немца побить, а о том, как бы его самого еще лишний раз не побили. Но таких мало, и не они будут погоду делать. А у нас повелось так: чуть где неустойка на фронте вышла, — шепотом генералов ругают: и такие они, и сякие, и воевать-то не умеют, и все лихо через них идет. А если разобраться по справедливости, то не всегда они виноваты, да и ругать бы их надо помягче, потому что генералы — самые несчастные люди на войне. Ну, что ты уставился на меня, как баран на новые ворота? Именно так и есть, как я говорю. Раньше, бывало, по глупости, я сам завидовал генеральскому званию. «Эх, думаю, до чего же чистая жизнь! Ходит нарядный, фазан фазаном, окопов ему не рыть, на животе по грязи не ползать…» А потом, когда поразмыслил, сразу разочаровался.
       Был я тогда еще стрелком, а не бронебойщиком, и вот как-то подымают роту в атаку. Что-то замешкался я: по совести говоря, огонь был очень сильный, и не хотелось от земли отрываться, а командир взвода подбегает, наганом грозит и орет: «Вставай!» — и матом меня, понятно? Сходили мы в атаку, после этого я и думаю: «Ну, хорошо, я рядовой и получил за свою неисправность один матюжок; я отвечаю только за одного себя, а командир дивизии отвечает за тысячи людей; в случае неисправности с его стороны, сколько же он получает матюков? А командующий армией?» Начал подсчитывать, и даже страшно мне стало от этой арифметики. Нет, думаю, извиняюсь! Предпочитаю быть рядовым.
       Представь себе, Николай, такую картину. Ночи напролет просиживает генерал со своим начальником штаба, готовит наступление, не ест, не спит, все об одном думает; под глазами у него мешки от тяжелых размышлений, голова раскалывается от разных предположений; все ему надо предусмотреть, все предугадать… И вот двигает он полки в наступление, а наступление-то и проваливается с треском. Почему? Да мало ли почему! Он, допустим, понадеялся на Петьку Лопахина, как на родного отца, а Петька сдрейфил и побежал, а за ним и Колька Стрельцов, а за Стрельцовым и другие такие же хлюсты. Вот тебе и кончен бал! Те, которые оказались убитыми, те, конечно, к генералу претензий не имеют, а те, которые благополучно отдышались после бегства, ругают генерала на чем свет стоит! Ругают потому, что искренне думают, будто один генерал во всем виноват, а они вовсе тут ни при чем. Каждый, конечно, согласно уставу, про себя ругает, но генералу от этого разве легче? Сидит он в своей землянке, держится за голову руками… А тут еще звонок по телефону. Вызывают бедного генерала по прямому проводу из Москвы. Волосы подымают на голове генерала красивую его фуражку, берет он трубку, а сам думает: «Несчастная моя мамаша! И зачем ты меня генералом родила!» По телефону его матерно не ругают: в Москве вежливые люди живут, — но говорят ему, допустим, так: «Что же это вы, Иван Иванович, так бездарно воюете? Деньги государственные на вас тратили, учили, обували-одевали, поили-кормили, а вы такие номера откалываете? Грудному ребенку простительно пеленки пачкать, на то он и есть грудной ребенок, а вы не ребенок и испачкали не пеленки, а наступательную операцию. Как же это так у вас получилось? Потрудитесь объяснить». Тихий такой голос говорит, вежливый, а у генерала от этого тихого голоса одышка начинается и пот по спине бежит в три ручья…
       Нет, Коля, ты как хочешь, а я генералом не желаю быть! При всем моем честолюбии не желаю, и баста! И если бы меня вдруг вызвали в Кремль и сказали: «Берите, товарищ Лопахин, на себя командование энской дивизией», — то я побледнел бы с мог до головы и категорически отказался. А если бы там стали настаивать, то вышел бы я, поднялся на Кремлевскую стену и оттуда в Москву-реку — вот так!".
       Можно и еще кое-чего добавить, но этого пока достаточно для того, чтобы перестать рассматривать войну как карту, расчерченную на гексы, по которой передвигаются фишки-карточки по принципу "Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert...". Воля одного человека на войне значит многое, но далеко не все.
       P.S. Вспомнил тут, завершая пост, про Дугласа Хейга - все знали, как надо воевать и как выиграть войну с бошами, особенно сегодня, кроме него, как раз столкнувшегося и туманом войны, и с трением, и с проблемами исполнителей в полный рост.

General Sir Douglas Haig


       P.P.S. Ушел в дела и до позднего вечера в Сети меня не будет.

       Имею вот что сказать по поводу этих двух явлений историографических.
       свое время Мэтр заявил о некоей "ориентализации" русской конницы в XV - нач. XVI в. и с тех пор эта концепция обросла множеством подробностей, обрела множество сторонников и т.п. и в итоге превратилась в некое Учение, ИстинуЪ. Правда, остается вопрос - а в чем именно заключается суть этой самой "ориентализации". В перевооружении русской конницы? В переходе ее на новую (новую ли?) тактику? В переменах стратегии? В структурных переменах? Толком на эти вопросы никто так ответа до сих и не дал, хотя, впрочем, обычно все сводится к исчезновению шпор, переходу к лучному бою и пр. мелким подробностям и цитатам из Герберштейна и прочих "интуристов", бездумно переписывавших за ним высказанные им классические слова об облике московита на рати.
       Нет, конечно, определенные перемены и во внешнем облике московского ратника, и в московской тактике, и в московской же стратегии в эти десятилетия произошли. Но связаны ли они с влиянием Востока, вот в чем, по моему, главный вопрос. Восток - он ведь в те времена разный был. Если вести речь об османском влиянии на Русь - так вот они, османы-то, тут каждой твари по паре, и легкие всадники-лучники, и латники конные на панцирных коняшках в ассортименте:

pic


       Так в чем же суть "ориентализации"? Опять же вопрос - я уже его задавал раньше. Почему Великое княжество Литовское не испытало этой "ориентализации", хотя оно столкнулось с татарской угрозой раньше, чем московиты, и еще при Сигизмунде II от служилых людей требовалось выставлять всадников со стандартным набором, включавшим в себя шлем, щит и копье непременно. Щит и копье вместо лука, в Литве, а по ту сторону границы, восточнее, что, иной мир, Мордор? В общем, рожденная на кончике пера, "ориентализация" представляется неким историографическим фантомом, упрощающим донельзя минувшие реалии (неверные выводы, сделанные при трактовке имеющихся материалов при исходно неправильном посыле).
       Обратно - теперь на наших глазах рождается новая концепция, некая "вестернизация", затронувшая Новгород и вообще Северо-Запад Русской земли и прерванная на взлете московитами. И на чем основывается эта концепция? На неких смутных, позволяющих двоякое толкование миниатюрах? На не менее смутных и мутных летописных свидетельствах? На отдельных упоминаниях в ливонской переписке о ввозе (контрабандном, что говорит само за себя о ее масштабе и размахе) оружия, в т.ч. и доспехов? Но все это не слишком убедительно. В это - верю (хе-хе)



а вот в "вестернизацию" - "Не верю!" (с). не убеждают как-то аргументы ее сторонников, хлипкие они какие-то. Нет, безусловно. конечно, какие-то перемены были, но были ли они связаны именно с "вестернизацией", неким целенаправленным, регулируемым государством (презентизм какой-то) процессом перевооружения и переобучения?

3eb304cca5568a55f8a61ce3b55dafba


       Впрочем, посмотрим, что будет дальше. Вдруг найдутся полные комплекты "белого" доспеха в Новгороде (или хотя бы фрагменты их)? Или серия доументов, показывающих массовый характер ввоза "ихнего" вооружения (в т.ч. и доспеха) в Новгород? Или вдруг найдутся массовые захоронения новгородских дестрие или латников (на Шелони?), опять же показывающих массовый характер применения западноевропейского вооружения и доспехов. А пока этого нет, то я остаюсь при своем - не было "вестернизации", но была "консервация".

Подло-то как...

       В сентябре 1564 г. наивысший гетман войска литовского пан Миколай Радзивилл Рыжий решил таки попробовать взять реванш за унижение, случившееся полутора годами раньше, когда Tyrann совершенно немотивированно, исключительно по злобе своей, напал на мирный город Полоцк и захватил его, учинив там страшные зверства (к примеру, его татары - ну чистые же урукхаи - убили 5-х монахов католических, и т.п., и т.д. Немецкие "летучие листки" врать не будут!).
       Долго ждали полочане освобождение, и вот оно, освобождение, в двух верстах от города стоит. Но какое-то странное освобождение пришло. Tyrann в поход собрался со всем тщанием, и даже про последний гвоздь не забыл, подковал своего коня. А тут странный какой-то вышел поход - и армия мала (московиты, конечно, потом в красках распишут, как они отразили нападение тьмочисленного супостата, то ли 60, то ли 70 тышш., ну то такэ, после войны все брешут, одни больше, другие меньше), всего-то тыс. 20, да и то по преимуществу конница, и, что важнее всего, практически без артиллерии (Мацей Стрыйковский пишет, что де мор, поветрие гибельное, был, потому доставить осадные "дела" из Вильно не представлялось возможным - очень даже может быть, поскольку он, мор этот неплохо так покосил гарнизон и население Полоцка, а потом перекинулся и на другие города - на Смоленск, Псков, Новгород и дальше. Этот мор, кстати, также был задуман и осуществлен Tyrann'ом).
       На что рассчитывал пан наивысший гетман при таких раскладах, Мацей Стрыйковский, а вслед за ним и белорусский историк А.Н. Янушкевич, пишут, что он де хотел, чтобы московиты выехали биться с ним в чисто поле, а вот тогда он им бы и задал. Да вот незадача - они трусливо спрятались в Полоцке от доблестных польских и литовский рыцарей и... В общем, цитирую: "Однако московиты спрятались за городскими стенами, выбрав для себя обычную тактику длительного отсиживания». Ну ведь подло-то как! Тут, панимаш, цвет рыцарства явился, погарцевать, а его вот так вот кинули через колено. Пичальбида. И как после этого с этими московитами воевать, если они категорически не желают делать того, что хотят, чтобы они сделали, их "партнеры"?

       Вот он, ихний московитский поганый обычай - вместо того, чтобы дратся лицом к лицу, грудь на грудь, они убегают, стреляя назад на манер скифов. И так всегда.

jerzy-kossak-pogon-epizod-z-wojny-bolszewickiej-1939_2167


       Никакого политесу и галантности. Нет, чтобы расшаркаться, поклониться, шапкой помахать да и предложить "партнерам" - не угодно ли будет ясновельможным панам сделать первый залп и начать потеху? Ан нет. Дикари-с, Азия-с.

Перамога

      Продолжаем заниматься популяризацией военной истории - на Warspot'e вышла очередная статья из истории войн за Ливонское наследство:
      Поход Ивана Грозного на Полоцк и стремительное взятие этого города в феврале 1563 года стали важнейшим событием Полоцкой войны (1562–1570) и крупнейшим военным предприятием той эпохи — даже третий Казанский поход, завершившийся взятием Казани в октябре 1552 года, судя по всему, уступал ему в размахе. При внимательном изучении этого конфликта невольно возникает своего рода чувство дежавю: ну ведь это уже было прежде! Ситуация напоминала зеркальное отражение событий пятидесятилетней давности, когда громкая победа под Оршей не принесла литовцам и полякам военного профита. Более внятный итог компании могло принести сражение на реке Ула к югу от Полоцка...
      Эпизод во всех отношениях прелюбопытнейший, но еще больше того - с точки изучения того, как из лягушки делают быка и в общем-то довольно заурядное столкновение превращается под пером борзописцев в эпическое сражение бобра с ослом.

Рис 4. Литовские конные и пешие воины. Фрагмент гравюры М. Цюндта по рисунку Г. Адельгауэра


      А еще этот эпизод можно назвать холодным душем после головокружения от успехов...
      P.S. Как обычно, премного благодарен буду за доброе слово и лайк на Warspot'e после прочтения статьи!

Profile

Волк
thor_2006
thor_2006

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Syndicate

RSS Atom


Free counters!

АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ – Портал об эволюции человека




Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars