Нарва: история с продолжением. Часть 2-я.

Теперь о численности русского войска – проблема, надо сказать, весьма запутанная. Для начала попытаемся разобраться с общей численностью войск, наряженных под Нарву. И снова обратимся к живому классику. Н.И. Павленко исходил из того, что в дивизии А. Головина было (в круглых числах) 14,7 тыс. солдат и офицеров, в дивизии А. Вейде 11,2 тыс. и у А. Репнина 10,8 тыс. Дивизия Трубецкого (у Павленко 2 солдатских и 5 стрелецких полков) насчитывала 4,7 тыс. солдат и стрельцов. Итого получается, что пехоты и драгун (первые петровские драгуны были прежде всего пехотой, посаженной на коней для большей маневренности, а уж во вторую очередь конницей) под Нарву было отряжено 41,4 тыс. чел. Московские конные роты, по мнению Павленко, а он использовал расчетные данные, представленные Разрядным приказом, насчитывали 11,5 тыс. чел. (при этом в петровской «Гистории» отмечалось, что в Разряде о том, сколько «оных на той службе было, того неведомо, понеже того походу смотренных списков в Розряд не подано» (Гистория. Т. II. С. 345). Следовательно, это предварительная цифра, и к ее оценке мы еще вернемся). Наконец, Павленко называет еще и гетманских казаков – 10,5 тыс. (Павленко Н.И. Петр Великий. С. 139. Правда, Устрялов, пересказывая письмо Мазепы, называет цифру в 11,5 тыс.: Устрялов Н.Г. История царствования Петра Великого. Т. IV. Ч. II. С. 156). Итого, по его расчетам, получалось, что всего под Нарву было отряжено 63,4 тыс. чел. С учетом же обозной прислуги, возчиков (а для похода, надо сказать, было отряжено множество подвод – в опубликованных источниках встречаются разные цифры. Тот же Павленко называет 10 тыс. подвод, ссылаясь на Н.Г. Устрялова, но это, судя по всему, подводы, собранные в Москве и ее окрестностях, без учета тех, что должны были собраны на северо-западе, в Новгороде, Пскове и пр. местах. В переписке Петра и его сподвижников упоминаются 1 тыс. псковских подвод (не все), в дивизии А. Вейде 3,4 тыс., А. Головину в дополнение к уже имеющимся дали 300 подвод, а затем говорится еще о 2,5 тыс. подвод, переданных в его распоряжение  С. 829, 831, 832, 836). К обозникам можно и нужно добавить кошевых, что взяли с собой дворяне и дети боярские москвичи, смоляне, новгородцы – одним словом, с этой прислугой общая численность тех, кто должен был собраться под Нарвой, легко вырастает до 80 и даже более тыс. чел. (видимо, вот откуда растут ноги у называемых шведами 80, 100 и даже более тыс. московитов, что собрались под Нарвой – цифра в целом не такая уж и ложная, если принять во внимание, что тут суммировано общее число назначенных в поход и всякого рода некомбатанты, сопровождавшие войско Петра). 
      Теперь можно попытаться прикинуть, сколько примерно «штыков и сабель» могло оказаться под Нарвой в ноябре 1700 г. Сразу можно будет отбросить гетманские полки и «генеральство» А.И. Репнина – они к 19 ноября к Нарве не поспели (хотя какие-то черкасы в подчинении Шереметева таки упоминаются). Следовательно, у нас остается уже только 42.1 тыс. чел. Однако большинство авторов, писавших о сражении, сходятся на том, что численность петровской армии составляла от 30 до 35 тыс. солдат и офицеров (См. первые попавшиеся под руку книги, например: Беспалов А.В. Битвы Северной войны. М.. 2005. С. 13, 18; Масси Р. Петр Великий. Т. II. Смоленск, 1996. С. 64; Петров А. Нарвская операция… С. 5; Тарле Е.В. Северная война. М., 1958. С. 50). Так или иначе, но эти сведения восходят к тем, что были собраны по приказу Петра в 1720 (или около того) г., когда по его приказу готовилась «Гистория Северной войны» (при этом не стоит забывать о том, что многие полковые архивы погибли во время несчастливого Прутского похода и, подчеркнем это еще раз, судя по всему, значительная часть документов, связанных с Нарвской «конфузией», пропала или попала в руки шведов вместе с русским обозом в ноябре 1700 г.).
     Однако, по моему, эти цифирьки довольно лукавы и опять таки не отражают реальной картины даже в первом приближении. Почему? Попытаюсь сформулировать свое видение проблемы.
     Прежде всего стоит отметить, что приводимые в опубликованных источниках цифры различаются между собой (Гистория. Т. II. С. 315-316, 344, 349,352; Северная война 1700-1721 гг. С. 68-71; Устрялов Н.Г. История царствования Петра Великого. Т. IV. Ч. I. СПб., 1868. С. 8-9, 11-12 и др.). Свести их воедино чрезвычайно сложно (с отчетностью в петровской армии начала Северной войны явно дело обстояло не лучшим образом!), но попробуем таки это сделать.
       Итак, ко дню решающей битвы в русском лагере и на позициях вокруг Нарвы и Ивангорода (sic – ! Очень важное обстоятельство) находились полки генеральств Головина, Вейде и Трубецкого, а также конные роты (?) и рейтары Новгородского разряда, москвичи и смоляне, также сведенные в конные роты. Теперь о цифирьках. Согласно черновому варианту 1-й редакции «Гистории», генеральство Головина (оба гвардейских полка, 8 новонаборных и 1 драгунский) насчитывало в круглых цифрах 14,5 тыс. солдат и офицеров, генеральство Вейде (старый Лефортовский полк, также 8 новонаборных и 1 драгунский) 11,1 тыс., генеральство Трубецкого (с ним совсем плохо, даже неясно толком, сколько же в нем было полков) – почти 2,9 тыс. Итого получается без конных рот 28,5 тыс. чел. О численности конницы в 1-й редакции ничего конкретного не говорится (Гистория. Т. II. С. 315-316).

2-я редакция «Гистории» несколько более словоохотлива. В ней  приводятся сведения о численности генеральств Головина и Вейде после баталии (по результатам смотра в конце ноября, что был проведен генералом Репниным в Новгороде) – соответственно 11,6 и 9 тыс. и еще 2,3 тыс. в дивизии Трубецкого, итого 23 тыс. (Гистория. Т. II. С. 209). По подсчетам по разным причинам с начала похода из строя выбыло около 6 тыс. чел., и если прибавить к ним 5 тыс. всадников конных рот, то получается, что русское войско все имело около 34 тыс. чел. (Гистория. Т. I. С. 204, 210).
      Однако и эти цифры вызывают сомнение, поскольку, подчеркнем это еще раз, с бухгалтерией у Петра и его помощников по составлению «Гистории» явно неладно дело обстояло. Простой пример – при суммировании численности полков дивизии А. Головина, приведенных в черновом варианте последней редакции «Гистории» получается, что в ней «по наряду» было 13922, а в бумагах стоит 12940. Разница почти в тысячу! Более того, если обратиться к историям гвардейских полков, то ситуация еще более интересная! Так, штабс-капитан Азанчевский в своей истории Преображенского полка дает, что согласно донесению А. Головина, к выдаче жалования накануне сражения в полку было 2204 чел. (Азанчевский 1-й. История Преображенского полка. М. 1859. С. 36). П.О. Бобровский в своей истории преображенцев называет еще большую цифру (правда, она относится к самому началу кампании) – 3460 чел. (Бобровский П.О. История лейб-гвардии Преображенского полка. Т. I. С. 375). Семеновцев же Бобровский исчисляет в 2450 чел., тогда как в истории лейб-гвардии Семеновского полка, написанной в момент выступления из Москвы к Нарве было 1257 солдат и офицеров (Карцов. История лейб-гвардии Семеновского полка. 1685-1854. СПб., 1852. С. 44). Вот такая выходит путаница и неразбериха с цифрами!
      К этой неразберихе добавим непонятки с московскими конными ротами. Согласно царскому манифесту от 19 августа с объявлением войны Швеции предписывалось на «великого государя службе быть в полку фельдмаршелка и адмирала Федора Алексеевича Головина столникам и стряпчим и дворянам московским, жильцам да столникам же великих государынь цариц  всех, по спискам, да тех же чинов детям их и свойственникам, которые в службу поспели, опричь тех московских чинов людей, которые написаны в ученье ратнаго строю». При этом оговаривалось, что (на это стоит обратить внимание): «А которые московских чинов люди на той службе, за своими нуждами, быть не похотят, и с тех взять в свою великого государя казну деньги. За которыми, по переписным книгам 186 года, крестьянских и бобыльских и задворных и деловых людей по 50 дворов и больше, с тех по 2 рубли с полтиною со двора, а за которыми меньше 50 дворов и за которыми крестьян нет, с тех по сту по двадцати по пяти рублев с человека. А которые явятся больны, …и с тех взять с крестьянских и с бобыльских их дворов по рублю» (Северная война 1700-1721 гг. С. 46). И итог – 4 октября 1700 г. глава Разрядного приказа Тихон Стрешнев доносил Петру, что с тех, кто по тем или иным причинам не мог явиться на государеву службу, было собрано 32 тыс. рублей (Там же. С. 60). Отсюда можно смело делать вывод, что об 11 с лишком тысяч московских царедворцев и речи быть не может. Что же делать? Остается одно – обратиться к показаниям очевидцев и письмам участников событий, но об этом в следующей части.

И несколько картинок к тексту.
1. Генерал А.А. Вейде.
2. "Фельтмаршалок" А.М. Головин.

3. Гренадер (рис. из т.н. "Устава Вейде").

4. Солдат (оттуда же).