Хвост кометы 1...
Подобно тому, как за кометой тянется длинный хвост, так и за всяким событием тянется хвост не менее длинный. Вот и за Молодинской победой тоже тянется хвост. Об одном из таких "хвостов" и пойдет речь дальше...
«Сеунч (тюрк. sevünč, sevinč, ‘радость’). Известие, весть (преимущественно радостная), донесение».
Так в словаре русского языка XI – XVII вв. определяют суть, содержание, смысл послания, что отправляли воеводы с полей сражений в Москву, государю. Всякое важное событие, а тем более победа, непременно сопровождалось соответствующей воеводской отпиской в столицу, дабы там не пребывали в неведении о том, что происходит «там, вдали, за рекой», тем более что и государь требовал держать его постоянно в курсе событий. Естественно, что такая большая победа, как Молодинская, не могла не быть отражена в соответствующем сеунче. Увы, сам текст сеунча не сохранился, равно как и остальные воеводские «отписки», что были отправлены из «походного шатра» князя Воротынского в Новгород к Ивану Грозному. Однако, представляется, что следы того памятной «радостной вести» все же остались, хотя и в конспективном и достаточно искаженном виде. Итак, хвост кометы (думается, что он был именно в такой последовательности)...
Не знаю, кто автор этого рисунка, но уж очень он хорош, и что самое главное - в тему:
Одержав верх над супостатом и подсчитав первые трофеи, «к государю царю и великому князю боярин князь Михайло Ивановичь Воротынской с товарыщи послали в Новгород с сеунчом князя Данила Ондреевича Нохтева Суздальсково да Микифора Давыдова, что крымсково царя побили», а в сеунче том сказано было, что де «Божиею милостию и пречистые Богородицы помощию и московских чюдотворцов милостивыми и его царским счастьем и высокою рукою царя крымского и царевичей побили и убили царевича да лутчих людей, и трех князей ширинских, и иных многих князей, и мурз, и нагайского мурзы Теребердея убили и многих татар крымских и нагайских. Да царевича да ширинского князя взяли живых да лутчего царева промышленика и воеводу Дивея мурзу взял суздолец Иван Шибаев сын Алалыкин и иных мурз и татар поимали».
Еще одна картинка в тему, от А.М. Васнецова:
Этот сеунч был доставлен в Новгород 6 августа, а на следующий день прибыл другой гонец с более подробным донесением, текст которого в пересказе дан в одной из новгородских летописей: «Приехал царь кримской к Москве, а с ним силы его 100 тысяч и двацать, да сын его царевичь, да внук его, да дядя его, да воевода Дивий мурза, – и пособи Бог нашим воеводам московскым над крымъского силою царя, князю Михаилу Ивановичю Воротыньскому и иным воеводам московским государевым, и крымской царь побежал от них невирно, не путми, не дорогами, в мале дружине; а наши воеводы силы у крымского царя убили 100 тысячь: на Рожае на речькы, под Воскресеньем в Молодех, на Лопасте, в Хотинском уезде, было дело князю Михаилу Ивановичю Воротыньскому с Крымским царем и с его воеводами, с царьми с кошинскыми безбожного царя Крымского, а было дело от Москви за пятдесят верст».
Такой вот выходит хвост (один из, об еще одном речь завтра) за Молодями. А что в них правда, а что, м-м-м, небольшое преувеличение - о том знает Бог да государь...
«Сеунч (тюрк. sevünč, sevinč, ‘радость’). Известие, весть (преимущественно радостная), донесение».
Так в словаре русского языка XI – XVII вв. определяют суть, содержание, смысл послания, что отправляли воеводы с полей сражений в Москву, государю. Всякое важное событие, а тем более победа, непременно сопровождалось соответствующей воеводской отпиской в столицу, дабы там не пребывали в неведении о том, что происходит «там, вдали, за рекой», тем более что и государь требовал держать его постоянно в курсе событий. Естественно, что такая большая победа, как Молодинская, не могла не быть отражена в соответствующем сеунче. Увы, сам текст сеунча не сохранился, равно как и остальные воеводские «отписки», что были отправлены из «походного шатра» князя Воротынского в Новгород к Ивану Грозному. Однако, представляется, что следы того памятной «радостной вести» все же остались, хотя и в конспективном и достаточно искаженном виде. Итак, хвост кометы (думается, что он был именно в такой последовательности)...
Не знаю, кто автор этого рисунка, но уж очень он хорош, и что самое главное - в тему:
Одержав верх над супостатом и подсчитав первые трофеи, «к государю царю и великому князю боярин князь Михайло Ивановичь Воротынской с товарыщи послали в Новгород с сеунчом князя Данила Ондреевича Нохтева Суздальсково да Микифора Давыдова, что крымсково царя побили», а в сеунче том сказано было, что де «Божиею милостию и пречистые Богородицы помощию и московских чюдотворцов милостивыми и его царским счастьем и высокою рукою царя крымского и царевичей побили и убили царевича да лутчих людей, и трех князей ширинских, и иных многих князей, и мурз, и нагайского мурзы Теребердея убили и многих татар крымских и нагайских. Да царевича да ширинского князя взяли живых да лутчего царева промышленика и воеводу Дивея мурзу взял суздолец Иван Шибаев сын Алалыкин и иных мурз и татар поимали».
Еще одна картинка в тему, от А.М. Васнецова:
Этот сеунч был доставлен в Новгород 6 августа, а на следующий день прибыл другой гонец с более подробным донесением, текст которого в пересказе дан в одной из новгородских летописей: «Приехал царь кримской к Москве, а с ним силы его 100 тысяч и двацать, да сын его царевичь, да внук его, да дядя его, да воевода Дивий мурза, – и пособи Бог нашим воеводам московскым над крымъского силою царя, князю Михаилу Ивановичю Воротыньскому и иным воеводам московским государевым, и крымской царь побежал от них невирно, не путми, не дорогами, в мале дружине; а наши воеводы силы у крымского царя убили 100 тысячь: на Рожае на речькы, под Воскресеньем в Молодех, на Лопасте, в Хотинском уезде, было дело князю Михаилу Ивановичю Воротыньскому с Крымским царем и с его воеводами, с царьми с кошинскыми безбожного царя Крымского, а было дело от Москви за пятдесят верст».
Такой вот выходит хвост (один из, об еще одном речь завтра) за Молодями. А что в них правда, а что, м-м-м, небольшое преувеличение - о том знает Бог да государь...