Тульская история. Крымская интрига?
Прошлый раз мы остановились на том, что долгие переговоры об установлении личной унии между Москвой и Казанью завершились как будто успехом, казанцы стали "давать правду" Ивану IV, а в Казань отправился было царский наместник князь Микулинский. И вдруг что-то пошло не так - подъехав к казанским воротам, Микулинский обнаружил их запертыми, а казанцы, которые буквально несколько часов назад были готовы отдаться под высокую государеву руку, вовсе не изъявляли желания довершить начатое дело. Напротив, они поспешно "клали на себя доспех" и вооружались. Что же случилось?
Почему татарские «князья» и мурзы внезапно передумали и в самый последний момент разорвали достигнутое соглашение, гарантировавшее Казанскому ханству широкую автономию (что признает, к примеру. М.Г. Худяков, известный своими протатарскими симпатиями) и, что самое главное, снимал угрозу новой войны, войны разрушительной и гибельной для ханства. На что рассчитывали казанские аристократы? НаБожественный ветер чудо, подобное тому, что случилось в 1549 и 1550 гг., когда непогода и оттепель воспрепятствовали планам Ивана IV и его советников подчинить Казань своей воле? Но те же походы наглядно показали, что столица ханства уязвима и Москва, приложив необходимые усилия и проявив должное упорство, все равно добьется своего и «дожмет» непокорную Казань? Кто или что повлияло на решение казанских «лутчих людей» переменить свое прежнее решение? Если верить русским летописям, то выходит, что причиной перемены стали слухи, распускаемые городецкими татарами и самим Шах-Али. Они якобы обещали «побить» всех изменивших Шах-Али казанцев. Правда, в таком случае возникал вопрос – что, Шах-Али может сделать нечто, что будет противно царскому слову и царскому обещанию? И напрашивается другой вопрос – а нет ли тут влияния «третьей силы»? Учитывая же тесные связи казанской аристократии с ногаями и с Крымом, мы бы предположили, что без происков и ногаев (о миссии Ахмеда-чауша к ногаям мы уже писали выше, равно как и о восторженных отзывах бия Юсуфа о предложениях турецкого эмиссара, сопровождаемых не менее лестными и обнадеживающими намеками крымского хана. И к ногаям из Казани после переворота были посланы гонцы с просьбой о помощи, и она была получена!), и, вероятно, самого крымского «царя».
Казань на сер. XVI в.:
При чем тут крымский «царь», спросите вы, уважаемый читатель? И снова ряд совпадений. Выше мы уже писали про султанский карт-бланш относительно дел в Восточной Европе, который получил новый хан. Не стоит забывать и о том, что со времен Мухаммед-Гирея I Казань и Крым связывали прочные связи, и в свете налаживания отношений между ногаями и Крымом сложно представить, что в ханской ставке не были в курсе последних событий в Казани и не знали о планах Москвы установить свой протекторат над этим татарским юртом. Любопытно, но в мае 1552 г. великий князь литовский Сигизмунд II рассылает письма наместникам и воеводам с предупреждениями относительно подготовки Девлет-Гирея к набегу якобы на его, великого князя владения.
И, что самое любопытное, готовясь к новой кампании против Казани, Иван IV в апреле собрал большой совет, на котором обсуждался план действий в будущем походе. И на том совете возможность нападения крымцев(в союзе с ногаями) рассматривалась как весьма вероятная. В конечном итоге на совете было решено следующее: «А се приговор царя и великого князя, как ему итти на свое дело и на земское х Казани и как ему дела своего беречи от своего недруга, от крымскаго царя. Самому царю и великому князю, аже даст бог, итти на свое дело и на земское с Москвы на Коломну в первой четверг, заговев Петрова поста, июня 16 день; и пришед ему на Коломну, с людьми збиратися, которым велено быти на Коломне, и ждати из Крыму вести. И будут про царя крымского полные вести, что ему на царевы и великого князя украины не быти, и царю и великому князю, положа упование на бога, итти на свое дело с Коломны х Казани часа того. А не будет вести про крымского царя до Петрова дни, и царю и великому князю, положа упование на бога, итти с Коломны х Казани с Петрова дни; а итти ему с Коломны в Муром, а из Мурома итти полем».
Сопоставив эти сведения, можно предположить, что все же в казанской измене не обошлось без крымской интриги, пусть и опосредованной. И мартовский переворот в Казани случился потому, что казанские «князья» и мурзы, павшие было духом, узнав о том, что за них могут заступиться могучие союзники (а ведь тот же Юсуф похвалялся, что у него де «рати писмяной» не много ни мало – аж 300 тыс.! ), решили порвать подписанный было договор. А и в самом деле – с таким-то друзьями никакой «московский» не страшен – осмелится ли он выслать большую, как это уже не раз бывало прежде, рать, на Казань, если ему будут угрожать и Девлет-Гирей, и Юсуф, а за их спиной будет маячить могущественный Сулейман?
В общем, роковое решение было принято, уния сорвана, разъяренный Иван, воинственные настроения которого подогревали митрополит Макарий и протопоп Сильвестр, начал готовиться к последней битве. Часть сил, наряд и припасы он заранее отправил водой в Нижний Новгород и на передовую базу в Свияжск, а сам собрался выступить к Коломне – ждать прихода на «крымскую украину» крымского же «царя».
Еще один вид Тульского кремля:
To be, как говoрится, continued...
Почему татарские «князья» и мурзы внезапно передумали и в самый последний момент разорвали достигнутое соглашение, гарантировавшее Казанскому ханству широкую автономию (что признает, к примеру. М.Г. Худяков, известный своими протатарскими симпатиями) и, что самое главное, снимал угрозу новой войны, войны разрушительной и гибельной для ханства. На что рассчитывали казанские аристократы? На
Казань на сер. XVI в.:
При чем тут крымский «царь», спросите вы, уважаемый читатель? И снова ряд совпадений. Выше мы уже писали про султанский карт-бланш относительно дел в Восточной Европе, который получил новый хан. Не стоит забывать и о том, что со времен Мухаммед-Гирея I Казань и Крым связывали прочные связи, и в свете налаживания отношений между ногаями и Крымом сложно представить, что в ханской ставке не были в курсе последних событий в Казани и не знали о планах Москвы установить свой протекторат над этим татарским юртом. Любопытно, но в мае 1552 г. великий князь литовский Сигизмунд II рассылает письма наместникам и воеводам с предупреждениями относительно подготовки Девлет-Гирея к набегу якобы на его, великого князя владения.
И, что самое любопытное, готовясь к новой кампании против Казани, Иван IV в апреле собрал большой совет, на котором обсуждался план действий в будущем походе. И на том совете возможность нападения крымцев(в союзе с ногаями) рассматривалась как весьма вероятная. В конечном итоге на совете было решено следующее: «А се приговор царя и великого князя, как ему итти на свое дело и на земское х Казани и как ему дела своего беречи от своего недруга, от крымскаго царя. Самому царю и великому князю, аже даст бог, итти на свое дело и на земское с Москвы на Коломну в первой четверг, заговев Петрова поста, июня 16 день; и пришед ему на Коломну, с людьми збиратися, которым велено быти на Коломне, и ждати из Крыму вести. И будут про царя крымского полные вести, что ему на царевы и великого князя украины не быти, и царю и великому князю, положа упование на бога, итти на свое дело с Коломны х Казани часа того. А не будет вести про крымского царя до Петрова дни, и царю и великому князю, положа упование на бога, итти с Коломны х Казани с Петрова дни; а итти ему с Коломны в Муром, а из Мурома итти полем».
Сопоставив эти сведения, можно предположить, что все же в казанской измене не обошлось без крымской интриги, пусть и опосредованной. И мартовский переворот в Казани случился потому, что казанские «князья» и мурзы, павшие было духом, узнав о том, что за них могут заступиться могучие союзники (а ведь тот же Юсуф похвалялся, что у него де «рати писмяной» не много ни мало – аж 300 тыс.! ), решили порвать подписанный было договор. А и в самом деле – с таким-то друзьями никакой «московский» не страшен – осмелится ли он выслать большую, как это уже не раз бывало прежде, рать, на Казань, если ему будут угрожать и Девлет-Гирей, и Юсуф, а за их спиной будет маячить могущественный Сулейман?
В общем, роковое решение было принято, уния сорвана, разъяренный Иван, воинственные настроения которого подогревали митрополит Макарий и протопоп Сильвестр, начал готовиться к последней битве. Часть сил, наряд и припасы он заранее отправил водой в Нижний Новгород и на передовую базу в Свияжск, а сам собрался выступить к Коломне – ждать прихода на «крымскую украину» крымского же «царя».
Еще один вид Тульского кремля:
To be, как говoрится, continued...