В продолжение темы,
поднятой в предыдущем посте про классика (на бегу). Если исходить из того, что норма прибыли в торговле на Балтике в сер. XVI в. была невысокой (ладно, даже пускай не 5, а 10 %), здесь сразу возникает несколько лююбопытных следствий. Прежде всего, даже с учетом всех расходов выгоднее будет взять под свой контроль уже созданную инфраструктуру, нежели создавать новую практически с нуля (начиная с пресловутых каналов). И ведь, даже если предположить, что будет создана система коммуникаций, позволяющая наладить перемещение с/х товаров (а что еще может Россия предложить Западу на тот момент?) из центральной России в устье Невы, это ведь еще не все (хотя во что это выльется в финансовом и материальном плане - даже боязно и представить). Не имея своего более или менее развитого торгового флота (а к нему в пару нужен и военный флот, который защищал бы купцов от пиратов), русские торговцы все равно будут находиться в зависимости от иностранных перевозчиков - и неважно, ганзейцы ли это будут или же те же самые голландцы, которые с конца 20-х гг. XVI в. упорно торят себе пути в восточную Балтику и в Финский залив.
Другой момент - при невысокой норме прибыли компенсировать риски и получить реальный доход можно только при одном условии - оперируя значительными массами товара. И снова вопрос, который я уже задавал - Москва имела эти самые значительные массы товара на тот момент? Можно ли было компенсировать колоссальные вложения на создание новой инфраструктуры окупить за счет маневра этими колоссальными количествами товара?
Еще вопрос - были ли в Новгороде или во Пскове на тот момент крупные торговцы, неважно, физические или юридические лица, которые могли бы взять этот вес? Какой бы не была ослабевшей Ганза к середине XVI в., новгородские гости, даже вместе с домом св. Софии все равно не могли противопоставить ей ничего более или менее сравнимого (карта торговых потоков из предыдущего поста говорит сама за себя) - ну не та весовая категория, не та.
И последнее - в условиях, когда инфраструктура, связывающая Северо-Запад с центральной Россией, неразвита, когда Новгород и Псков экономически сориентированы на Ливонию и на Запад (там их торговый интерес, там прибыль), выходит, что Москва могла контролировать регион более или менее надежно только в том случае, если она будет искать компромисс с местной элитой, политической, религиозной (ибо дом св. Софии связан тесными экономическими узами с тем же Ревелем) и, само собой, экономической. И от того, что Иван III выселил из Новгорода и Пскова несколько сот семей "лутчих людей", заменив их на своих - что, от этого эта ситуация с ориентацией радикально переменилась? Значит, пока существовала эта связь, существовала и угроза сепаратизма? И не продиктованы ли действия Ивана в Ливонии интересами этой самой новгородской элиты, которая, действуя опосредованно через своих людей в окружении Ивана (того же Макария и Сильвестра, к примеру), лоббировала активную политику на это направлении, экспансию и аннексию? И могли Иван ей отказать в момент, когда шла большая война с татарами, если к нему поступали сигналы, что де сами немцы ливонские готовы пойти под его царскую руку ради торговых привилегий и сохранения барышей (напомню, что нарвский бургомистр Крумхаузен, являвшийся, судя по всему, главою "русской партии" в Нарве, был торговым партнером Сильвестра и его сына Анфима)?
Другой момент - при невысокой норме прибыли компенсировать риски и получить реальный доход можно только при одном условии - оперируя значительными массами товара. И снова вопрос, который я уже задавал - Москва имела эти самые значительные массы товара на тот момент? Можно ли было компенсировать колоссальные вложения на создание новой инфраструктуры окупить за счет маневра этими колоссальными количествами товара?
Еще вопрос - были ли в Новгороде или во Пскове на тот момент крупные торговцы, неважно, физические или юридические лица, которые могли бы взять этот вес? Какой бы не была ослабевшей Ганза к середине XVI в., новгородские гости, даже вместе с домом св. Софии все равно не могли противопоставить ей ничего более или менее сравнимого (карта торговых потоков из предыдущего поста говорит сама за себя) - ну не та весовая категория, не та.
И последнее - в условиях, когда инфраструктура, связывающая Северо-Запад с центральной Россией, неразвита, когда Новгород и Псков экономически сориентированы на Ливонию и на Запад (там их торговый интерес, там прибыль), выходит, что Москва могла контролировать регион более или менее надежно только в том случае, если она будет искать компромисс с местной элитой, политической, религиозной (ибо дом св. Софии связан тесными экономическими узами с тем же Ревелем) и, само собой, экономической. И от того, что Иван III выселил из Новгорода и Пскова несколько сот семей "лутчих людей", заменив их на своих - что, от этого эта ситуация с ориентацией радикально переменилась? Значит, пока существовала эта связь, существовала и угроза сепаратизма? И не продиктованы ли действия Ивана в Ливонии интересами этой самой новгородской элиты, которая, действуя опосредованно через своих людей в окружении Ивана (того же Макария и Сильвестра, к примеру), лоббировала активную политику на это направлении, экспансию и аннексию? И могли Иван ей отказать в момент, когда шла большая война с татарами, если к нему поступали сигналы, что де сами немцы ливонские готовы пойти под его царскую руку ради торговых привилегий и сохранения барышей (напомню, что нарвский бургомистр Крумхаузен, являвшийся, судя по всему, главою "русской партии" в Нарве, был торговым партнером Сильвестра и его сына Анфима)?