Об одной годовщине...
Не так давно решила общественность пышно отметить 1150-летие похода русов на Константинополь (вот, например, нажав здесь, можно узнать об этой годовщине). Однако еще с прошлого года меня терзали смутные сомнения относительно этих русов (нечто вроде того, а те ли это русы, про которых принято думать, что они "наши" русы). Начав заносить на бумагу свои сомнения, я их потом бросил - недосуг было, да и не моя это тема. Однако ж все же решился после обмена мнениями с уважаемым a_pereswet'ом (обмен мнениями здесь) озвучить таки свои сомнения (хотя и понимаю всю рискованность такого шага, тем не менее "не могу молчать") и выставить их на всеобщее поругание (засим на всякий случай отхожу в сторонку в ожидании большого норманносрача). Итак, сомнения (почти без картинок, но со ссылками на некоторую литературу)...
Яз, многогрешный, грамоте неучен, некнижен и просторек, желанием обдержим и любовию подвизаем, по своему злобесному собатцкому хотению и умышлению хощу сицевыми скудоумными глаголы замутить в своей уйютной Жжэшечке и оживить старые споры вокруг «норманизьма-антинорманизьма». Сего ради аз, окаянный, сие видя, дерзнух писати, паче же и сего ради, яко же мне мнится окаянному божие некое изволение сему бытии. И вот по прошествии некоторого времени и размышлений о том и о сем появилась на свет некие словеса малыя, кои яз, скверный, нарочно с хромых книг плевелные слова снискивал и в христоименитую веру всевал, чтоб мне, хульнику, злому семени, сосуду сотонину и вълку овчею кожею покрытому, како ю смутить и всяко с латиною соединить.
Итак несколько тезисов для обсуждения и критики (сразу предупреждаю – я ни на что не претендую, пороха изобрести не стремлюся и никаких Америк не открываю, просто озвучиваю те мысли, которые зародились после прочтения ряда текстов и сопоставления имеющихся фактов ля получения более или менее непротиворечивой картины событий).
Прежде всего есть у меня некоторые сомнения относительно того, откуда прибыли русы под Константинополь летом 860 г. Традиционно считается, что это были русы из Киева, предводительствуемые скандинавами Аскольдом и Диром, «боярами» Рюрика, и, т.о., перед нами первое упоминание будущей Древней, Киевской Руси, в источниках. Сторонники этой версии напирают на то, что де прибытие под стены Константинополя большого флота русов (от 200 до 360 кораблей – подробный разбор византийский и европейских источников по теме см.: Кузенков П.В. Поход 860 г. на Константинополь и первое крещение Руси в средневековых источниках // Древнейшие государства Восточной Европы: 2000 г.: проблемы источниковедения. М., 2003. Книга есть в сети и с ней легко ознакомиться, например, здесь) говорит о том, что к тому времени Киевская Русь уже представляла собой довольно серьезную политическую организацию, способную собрать, снарядить и послать в поход столь значительную рать. Одним словом, к этому времени государство у восточных славян уже сформировалось.
Скажу честно – до последнего времени, не слишком погрузившись в эту проблему, в принципе я был согласен с такой трактовкой этих событий. Единственное, что меня смущало, так это численность рати, явившейся по стены Константинополя. Что 200, что 360 ладей (надо полагать, согласно общепринятой версии, тех самых моноксилов, о коих писал Константин Багрянородный. См.: Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1991. 9) предполагают никак не менее 6-7 тыс. воинов – цифра очень внушительная даже для более поздних времен, не говоря уже о проблемах логистических и, что самое важное, управления такой массой судов в море. Однако сейчас я более чем сильно засомневался в верности такой трактовки событий. Почему?
Датчане на пути в Англию (английская миниатюра)
Сейчас я склонен полагать, что поход 860 г. никак не связан с, условно говоря, «киевской» скандинавской по происхождению русью, поскольку на то время оной руси, равно как и самого Киева как центра ихней государственности еще не существовало. Опять таки, почему? Понятно, что доверять ПВЛ с ее более чем произвольной хронологией событий до начала XI в. в вопрос о том, когда был основан Киев более чем опасно. А что говорит о ранней истории Киева как города (и непростого, а стольного, где сидел бы князь, способный собрать рать в 5-7 тыс. воинов на 300 кораблях, с коими он мог бы потрясти Константинополь)? Да, а вот тут и возникает масса проблем. Понятно, что когда с высокой трибуны известно кем было сказано, что Киеву 1500 лет, то спорить с этим мнением было нельзя. Но на самом ли деле Киеву как СТОЛЬНОМУ городу столько лет?
И здесь стоит привести длинную цитату из статьи немецкого историка Э. Мюле: «Картина, которая складывается в результате обозрения материалов исследований о киевском комплексе поселений последней четверти Х в., показывает ряд маленьких, топографически обособленных поселений, характер которых в отдельных случаях определяется лишь частично. На Замковой горе поселение существовало уже в VI—VIII веках. Его связь с поселением IX—Х вв., обнаруженным на том же месте, остается, однако, сомнительной. Оборонительные укрепления для всего времени существования поселения убедительно не подтверждены. Единственный участок, для которого зафиксировано искусственное укрепление, занимает около 2 га северо-западного участка Старокиевской горы. Обнаруженный здесь материал восходит к VI в., но контуры укрепленного поселения заметны не ранее, чем для VII—VIII веков. Только с этого времени жилища, возможно, также оборонительный ров и капище, свидетельствуют о непрерывности поселения. О «значительном и развитом поселении», как это звучит у Толочко, едва ли можно говорить уверенно. Политико-административная и культово-религиозная роль этому поселению как центру в VII—VIII вв. еще не принадлежала. Датировка решающих археологических комплексов — оборонительного рва и капища — остается до сих пор неясной. Не исключено, что оба они возникли только в течение IX века (выделено мною – Thor). Для этого времени письменные источники, постепенно дополняющие археологические материалы, свидетельствуют о формирующихся функциях города Киева как центра. Отчетливо зафиксированы не только по летописям, но и по археологическим источникам (курганы княжеских дружинников, фундаменты каменных сооружений) военно-политические функции города как центра в Х веке. В то время поселение становится центром киевского конгломерата поселений. Вопрос о распространении застройки уже в середине Х в. через ров на граничащий с ним некрополь в свете имеющихся сведений остается спорным. Подол заметно выделяется только с начала Х века. В середине Х в. он со своими усадьбами, частоколами и улицами выступает уже как развитый район города с выраженным торгово-ремесленным характером. На Лысой горе в районе позднего Копырева конца поселение зафиксировано только в Х веке. Было ли поселение на Лысой горе укреплено, неясно. Не исключено, наконец, что наряду с известными по источникам поселениями имелся ряд мелких усадеб и отдельных дворов в районе киевского комплекса поселений, например, на горах Детинка и Щекавица...» (Мюле Э. К вопросу о начале Киева // Вопросы истории. 1989. № 4. С. 127).
И этот заштатный даже не городишко, а несколько поселочков – центр мощного государства, способного напугать в сер. IX в. Византию своим войском и флотом? Не получается, никак не получается. От такого государства неизбежно должны были остаться следы, и немалые (тем более, если принять во внимание сообщения западноевропейских источников о том, что совершившие на Царьград русы сумели уйти с большой добычей – см.: «Хроникон венетов» Иоанна Диакона // Кузенков П.В. Указ. соч. С. 151). И где же эти следы? Где трофеи, здания, храмы (ведь если верить византийцам, то в 867 г. русы приняли крещение – где следы христианских храмов 60-х гг. IX в. в Киеве – ведь в столице русов христианский храм ну просто обязательно должен был бы быть)?
К этому стоит добавить, что, как писал М.И. Артамонов, «в 839 г. мадьяры уже хозяйничали на Днепре» (Артамонов М.И. История хазар. СПб., 2001. С. 460), их отношения с окрестными племенами и народами нельзя назвать мирными (ср. у Гардизи: «Они (т.е. венгры – Thor) побеждают славян и всегда одерживают верх над славянами и рассматривают их как источник рабов. Венгры – огнепоклонники и ходят к огузам, славянам и руссам и берут оттуда пленников, везут в Византию и продают…»: Гардизи. Краса повествований // Древняя Русь в свете зарубежных источников. Хрестоматия. Т. III. Восточные источники. М., 2009.С. 57. Кроме того, стоит вспомнить и возведение в 30-х гг. IX в. хазарской крепости Саркел на Дону (С. Донце - ?), которая как будто предназначалась для отражения западной угрозы. См.: Артамонов М.И. Указ. соч. С. 400-401; Новосельцев А.И. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М., 1990. С. 206). Памятуя же о том, с какими трудностями русам приходилось преодолевать днепровские пороги (м.: Константин Багрянородный. Указ. соч. 2; 9), то я не могу представить себе, как пресловутые Аскольд и Дир могли пройти через пороги.
Одним словом, на данный момент традиционная трактовка похода 860 г. как похода киевских русов во главе с Аскольдом и Диром представляется мне более чем сомнительной. Но кто же тогда появился под стенами Константинополя в июне 860 г.? И вот тут попадается мне под руку несколько упоминаний о бесчинствах норманнов в Средиземном море в 40-х – 50-х гг. IX в. В 843 флотилия норманнов атаковала Хихон и Ла-Корунью, но воинственные астурийцы сумели отбить их нападение. В следующем году, в конце лета-начале осени норманны объявились под Лиссабоном, затем атаковали Кадис и Мидонию, а оттуда отправились вверх по Гвадалквивиру к Севилье. Город был взят и разграблен (мусульманский хронист Аль Нугуаири писал: «В год 230 (844-845 от Р.Х. – прим. переводчика) вышли норманны к стране мусульман. Их первое появление было в месяц Дульхича 229 года хиджры (в августе - сентябре 844 прим. переводчика) в Ушбуне (Лиссабон), в котором они были 13 дней, разграбив город. Потом они появились против Ишбильи (Севильи) (в октябре 844) и разбили лагерь в двенадцать парасангах от нее. Вышли навстречу мусульмане, но они были уничтожены врагом, и много мусульман погибло. Тогда горожане собрали новый отряд и вышли бороться с норманнами, но были опять разбиты с большими потерями. Многие знатные горожане попали в плен и были жестоко замучены огнепоклонниками. Норманны вошли в Севилью и грабили её один день и одну ночь, а после возвратились на свои корабли…» - см. здесь, а также здесь), а когда они попытались подняться еще выше по реке, у Таблады их перехватили мусульманские войска и в сражении 1 ноября 844 г. разгромили.
Трондхеймский викинг
Спустя 15 лет норманны снова объявляются в Испании. Сын знаменитого датского конунга Рагнара Кожаные штаны Бьорн Железнобокий (который согласно «Херварар саге» после смерти Рагнара стал королем шведов) огнем и мечом прошелся вдоль всего побережья Испании, северного Марокко, добрался до Прованса, оттуда в северную Италию. Х. Станг приводит в этой связи свидетельство мусульманского хрониста Ибн ал-Кутийи, который писал, что в 844 г. «Ал-Маджус напали на ал-Андалус, разоряя оба побережья одновременно. Во время этой экспедиции, которая длилась в общей сложности 14 лет, они приплыли в страну византийцев и в Александрию» (кстати, перевод этой хроники, размещенный на «Восточной литературе», обрывается как раз на самом интересном месте – на сообщении о том, что язычники напали на Севилью: см. тут). И далее он приводит еще одну выдержку из хроники Себастиана из Саламанки, который писал, что язычники, опустошившие берега Испании, Марокко и Балеар, «после этого, добравшись до Греции, они три года спустя вернулись на свою родину» (Станг Х. Наименование руси (герульская версия / STRATUM plus (№5, 1999) Неславянское в славянском мире. См. также: Лебедев Г.С. Эпоха викингов в северной Европе и на Руси. СПб., 2005. С. 43, 46).
К этому можно добавить (хотя это и достаточно шаткое свидетельство – поскольку оно позднее), что итальянский историк Блонд Флавий (1392-1463 гг.) писал, что атаковавшие Константинополь норманны ушли в Британское море (кстати, о том, что это были норманны, писал Иоанн Диакон). Все вместе взятое, это наводит меня на предположение, что атаковавшие в июне 860 г. Константинополь русы скорее всего пришли с запада и были одним из отрядов флота Бьорна Железнобокого, который потерпел неудачу и погиб если не весь, то по большей части, почему об этом походе и не сохранилось никаких свидетельств в сагах.
С походом 860 г. связана и другая проблема – знаменитое посольство русов в Ингельгейм к императору Людовику Благочестивому в 839 г. И здесь тоже есть свои подводные камни, и камни очень серьезные. Если исходить из того, что упомянутый Chaganus (или Chacanus – ? есть интересное мнение) есть титул государя русов, то автоматически встает вопрос о его местопребывании. Киев как столица пресловутого каганата отпадает автоматически по причине его, Киева как СТОЛЬНОГО города, отсутствия в то время ведь не из деревни же прибыли послы этого «хагануса» в Константинополь? Кто бы с ними в имперской столице стал бы в таком случае разговаривать?). Можно согласиться с предположением, что эти послы прибыли откуда-то с северо-запада (из «Немогарда», под которым можно предполагать Старую Ладогу?). Но тогда возникает другой вопрос – а они двигались по Днепру? По пути из «варяг в греки», который на то время явно еще не функционировал? И еще один момент - случайно ли первый набег скандинавов на Ал-Андалус происходит вскоре после возвращения оных свионов из Византии?
Подводя общий итог всему вышесказанному, отмечу, что сегодня, сопоставив все известные мне данные и точки зрения, я полагаю, что, с одной стороны, «две волны» скандинавов-варягов, о которых говорит А.В. Назаренко (Назаренко А.В. Две Руси IX века // Родина. 2002. № 11-12. С. 16-22) все же не существовали. Волна была одна, и она имела северную направленность, а к югу никакого отношения она не имела и не будет иметь до самого начала Х в. или даже больше. Южная «русь», как мне представляется сегодня (хотя я прекрасно понимаю уязвимость этой точки зрения. См, например, комментарии к «Об управлении империей». С. 302) – это, видимо, потомки тех готов Германариха и других германских племен (и не только, видимо, здесь не обошлось и без вливания в этот компонент иранской – аланской крови), входивших в это «государство», что не ушли за Дунай после нападения гуннов (кстати, а тиверцы – кто это? Не связано ли как-то это слово с германском, готским thiuda?), а остались в Северном Причерноморье и в Крыму. Северная же «русь» – это скандинавы, явившиеся позднее и вытеснившие (уничтожившие?) южную «русь» из Поднепровья… Вот такие получаются мысли – очень сырые, неотработанные и, безусловно, весьма уязвимые для критики со стороны знатоков проблемы. Интересно было бы услышать их мнение по этому поводу и в чем заключаются мои ошибки и заблуждения как неспециалиста в этой теме.
P.S. По ходу дела мысль еще одна возникла, совершенно бредовая. Так, вчерне - в конце VIII в. скандинавы начинают появляться на северо-западе (кстати, примерно в одно и тоже время со славянами. И тогда же начинается экспансия норманнов на Западе). Начало IX в. - гражданская война в Хазарии, к этому же времени относятся и нападения неких русов на Сурож и Амастриду, а затем и посольство тех же русов в Константинополь, а незадолго до этого Петрона Каматир строит крепость хазарам. Вот и напрашивается предположение - а не были ли эти "русы" наемниками на хазарской службе, оставшиеся без работы и порешившие (как новгородские ушкуйники) пошукать трошки счастья в Царьграде? А в 860 г. другая их группа, осевшая где-нибдь в Северном Причерноморье, атаковала Константинополь? Как-то так получается... Бред, конечно, а вдруг ...
Яз, многогрешный, грамоте неучен, некнижен и просторек, желанием обдержим и любовию подвизаем, по своему злобесному собатцкому хотению и умышлению хощу сицевыми скудоумными глаголы замутить в своей уйютной Жжэшечке и оживить старые споры вокруг «норманизьма-антинорманизьма». Сего ради аз, окаянный, сие видя, дерзнух писати, паче же и сего ради, яко же мне мнится окаянному божие некое изволение сему бытии. И вот по прошествии некоторого времени и размышлений о том и о сем появилась на свет некие словеса малыя, кои яз, скверный, нарочно с хромых книг плевелные слова снискивал и в христоименитую веру всевал, чтоб мне, хульнику, злому семени, сосуду сотонину и вълку овчею кожею покрытому, како ю смутить и всяко с латиною соединить.
Итак несколько тезисов для обсуждения и критики (сразу предупреждаю – я ни на что не претендую, пороха изобрести не стремлюся и никаких Америк не открываю, просто озвучиваю те мысли, которые зародились после прочтения ряда текстов и сопоставления имеющихся фактов ля получения более или менее непротиворечивой картины событий).
Прежде всего есть у меня некоторые сомнения относительно того, откуда прибыли русы под Константинополь летом 860 г. Традиционно считается, что это были русы из Киева, предводительствуемые скандинавами Аскольдом и Диром, «боярами» Рюрика, и, т.о., перед нами первое упоминание будущей Древней, Киевской Руси, в источниках. Сторонники этой версии напирают на то, что де прибытие под стены Константинополя большого флота русов (от 200 до 360 кораблей – подробный разбор византийский и европейских источников по теме см.: Кузенков П.В. Поход 860 г. на Константинополь и первое крещение Руси в средневековых источниках // Древнейшие государства Восточной Европы: 2000 г.: проблемы источниковедения. М., 2003. Книга есть в сети и с ней легко ознакомиться, например, здесь) говорит о том, что к тому времени Киевская Русь уже представляла собой довольно серьезную политическую организацию, способную собрать, снарядить и послать в поход столь значительную рать. Одним словом, к этому времени государство у восточных славян уже сформировалось.
Скажу честно – до последнего времени, не слишком погрузившись в эту проблему, в принципе я был согласен с такой трактовкой этих событий. Единственное, что меня смущало, так это численность рати, явившейся по стены Константинополя. Что 200, что 360 ладей (надо полагать, согласно общепринятой версии, тех самых моноксилов, о коих писал Константин Багрянородный. См.: Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1991. 9) предполагают никак не менее 6-7 тыс. воинов – цифра очень внушительная даже для более поздних времен, не говоря уже о проблемах логистических и, что самое важное, управления такой массой судов в море. Однако сейчас я более чем сильно засомневался в верности такой трактовки событий. Почему?
Датчане на пути в Англию (английская миниатюра)
Сейчас я склонен полагать, что поход 860 г. никак не связан с, условно говоря, «киевской» скандинавской по происхождению русью, поскольку на то время оной руси, равно как и самого Киева как центра ихней государственности еще не существовало. Опять таки, почему? Понятно, что доверять ПВЛ с ее более чем произвольной хронологией событий до начала XI в. в вопрос о том, когда был основан Киев более чем опасно. А что говорит о ранней истории Киева как города (и непростого, а стольного, где сидел бы князь, способный собрать рать в 5-7 тыс. воинов на 300 кораблях, с коими он мог бы потрясти Константинополь)? Да, а вот тут и возникает масса проблем. Понятно, что когда с высокой трибуны известно кем было сказано, что Киеву 1500 лет, то спорить с этим мнением было нельзя. Но на самом ли деле Киеву как СТОЛЬНОМУ городу столько лет?
И здесь стоит привести длинную цитату из статьи немецкого историка Э. Мюле: «Картина, которая складывается в результате обозрения материалов исследований о киевском комплексе поселений последней четверти Х в., показывает ряд маленьких, топографически обособленных поселений, характер которых в отдельных случаях определяется лишь частично. На Замковой горе поселение существовало уже в VI—VIII веках. Его связь с поселением IX—Х вв., обнаруженным на том же месте, остается, однако, сомнительной. Оборонительные укрепления для всего времени существования поселения убедительно не подтверждены. Единственный участок, для которого зафиксировано искусственное укрепление, занимает около 2 га северо-западного участка Старокиевской горы. Обнаруженный здесь материал восходит к VI в., но контуры укрепленного поселения заметны не ранее, чем для VII—VIII веков. Только с этого времени жилища, возможно, также оборонительный ров и капище, свидетельствуют о непрерывности поселения. О «значительном и развитом поселении», как это звучит у Толочко, едва ли можно говорить уверенно. Политико-административная и культово-религиозная роль этому поселению как центру в VII—VIII вв. еще не принадлежала. Датировка решающих археологических комплексов — оборонительного рва и капища — остается до сих пор неясной. Не исключено, что оба они возникли только в течение IX века (выделено мною – Thor). Для этого времени письменные источники, постепенно дополняющие археологические материалы, свидетельствуют о формирующихся функциях города Киева как центра. Отчетливо зафиксированы не только по летописям, но и по археологическим источникам (курганы княжеских дружинников, фундаменты каменных сооружений) военно-политические функции города как центра в Х веке. В то время поселение становится центром киевского конгломерата поселений. Вопрос о распространении застройки уже в середине Х в. через ров на граничащий с ним некрополь в свете имеющихся сведений остается спорным. Подол заметно выделяется только с начала Х века. В середине Х в. он со своими усадьбами, частоколами и улицами выступает уже как развитый район города с выраженным торгово-ремесленным характером. На Лысой горе в районе позднего Копырева конца поселение зафиксировано только в Х веке. Было ли поселение на Лысой горе укреплено, неясно. Не исключено, наконец, что наряду с известными по источникам поселениями имелся ряд мелких усадеб и отдельных дворов в районе киевского комплекса поселений, например, на горах Детинка и Щекавица...» (Мюле Э. К вопросу о начале Киева // Вопросы истории. 1989. № 4. С. 127).
И этот заштатный даже не городишко, а несколько поселочков – центр мощного государства, способного напугать в сер. IX в. Византию своим войском и флотом? Не получается, никак не получается. От такого государства неизбежно должны были остаться следы, и немалые (тем более, если принять во внимание сообщения западноевропейских источников о том, что совершившие на Царьград русы сумели уйти с большой добычей – см.: «Хроникон венетов» Иоанна Диакона // Кузенков П.В. Указ. соч. С. 151). И где же эти следы? Где трофеи, здания, храмы (ведь если верить византийцам, то в 867 г. русы приняли крещение – где следы христианских храмов 60-х гг. IX в. в Киеве – ведь в столице русов христианский храм ну просто обязательно должен был бы быть)?
К этому стоит добавить, что, как писал М.И. Артамонов, «в 839 г. мадьяры уже хозяйничали на Днепре» (Артамонов М.И. История хазар. СПб., 2001. С. 460), их отношения с окрестными племенами и народами нельзя назвать мирными (ср. у Гардизи: «Они (т.е. венгры – Thor) побеждают славян и всегда одерживают верх над славянами и рассматривают их как источник рабов. Венгры – огнепоклонники и ходят к огузам, славянам и руссам и берут оттуда пленников, везут в Византию и продают…»: Гардизи. Краса повествований // Древняя Русь в свете зарубежных источников. Хрестоматия. Т. III. Восточные источники. М., 2009.С. 57. Кроме того, стоит вспомнить и возведение в 30-х гг. IX в. хазарской крепости Саркел на Дону (С. Донце - ?), которая как будто предназначалась для отражения западной угрозы. См.: Артамонов М.И. Указ. соч. С. 400-401; Новосельцев А.И. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М., 1990. С. 206). Памятуя же о том, с какими трудностями русам приходилось преодолевать днепровские пороги (м.: Константин Багрянородный. Указ. соч. 2; 9), то я не могу представить себе, как пресловутые Аскольд и Дир могли пройти через пороги.
Одним словом, на данный момент традиционная трактовка похода 860 г. как похода киевских русов во главе с Аскольдом и Диром представляется мне более чем сомнительной. Но кто же тогда появился под стенами Константинополя в июне 860 г.? И вот тут попадается мне под руку несколько упоминаний о бесчинствах норманнов в Средиземном море в 40-х – 50-х гг. IX в. В 843 флотилия норманнов атаковала Хихон и Ла-Корунью, но воинственные астурийцы сумели отбить их нападение. В следующем году, в конце лета-начале осени норманны объявились под Лиссабоном, затем атаковали Кадис и Мидонию, а оттуда отправились вверх по Гвадалквивиру к Севилье. Город был взят и разграблен (мусульманский хронист Аль Нугуаири писал: «В год 230 (844-845 от Р.Х. – прим. переводчика) вышли норманны к стране мусульман. Их первое появление было в месяц Дульхича 229 года хиджры (в августе - сентябре 844 прим. переводчика) в Ушбуне (Лиссабон), в котором они были 13 дней, разграбив город. Потом они появились против Ишбильи (Севильи) (в октябре 844) и разбили лагерь в двенадцать парасангах от нее. Вышли навстречу мусульмане, но они были уничтожены врагом, и много мусульман погибло. Тогда горожане собрали новый отряд и вышли бороться с норманнами, но были опять разбиты с большими потерями. Многие знатные горожане попали в плен и были жестоко замучены огнепоклонниками. Норманны вошли в Севилью и грабили её один день и одну ночь, а после возвратились на свои корабли…» - см. здесь, а также здесь), а когда они попытались подняться еще выше по реке, у Таблады их перехватили мусульманские войска и в сражении 1 ноября 844 г. разгромили.
Трондхеймский викинг
Спустя 15 лет норманны снова объявляются в Испании. Сын знаменитого датского конунга Рагнара Кожаные штаны Бьорн Железнобокий (который согласно «Херварар саге» после смерти Рагнара стал королем шведов) огнем и мечом прошелся вдоль всего побережья Испании, северного Марокко, добрался до Прованса, оттуда в северную Италию. Х. Станг приводит в этой связи свидетельство мусульманского хрониста Ибн ал-Кутийи, который писал, что в 844 г. «Ал-Маджус напали на ал-Андалус, разоряя оба побережья одновременно. Во время этой экспедиции, которая длилась в общей сложности 14 лет, они приплыли в страну византийцев и в Александрию» (кстати, перевод этой хроники, размещенный на «Восточной литературе», обрывается как раз на самом интересном месте – на сообщении о том, что язычники напали на Севилью: см. тут). И далее он приводит еще одну выдержку из хроники Себастиана из Саламанки, который писал, что язычники, опустошившие берега Испании, Марокко и Балеар, «после этого, добравшись до Греции, они три года спустя вернулись на свою родину» (Станг Х. Наименование руси (герульская версия / STRATUM plus (№5, 1999) Неславянское в славянском мире. См. также: Лебедев Г.С. Эпоха викингов в северной Европе и на Руси. СПб., 2005. С. 43, 46).
К этому можно добавить (хотя это и достаточно шаткое свидетельство – поскольку оно позднее), что итальянский историк Блонд Флавий (1392-1463 гг.) писал, что атаковавшие Константинополь норманны ушли в Британское море (кстати, о том, что это были норманны, писал Иоанн Диакон). Все вместе взятое, это наводит меня на предположение, что атаковавшие в июне 860 г. Константинополь русы скорее всего пришли с запада и были одним из отрядов флота Бьорна Железнобокого, который потерпел неудачу и погиб если не весь, то по большей части, почему об этом походе и не сохранилось никаких свидетельств в сагах.
С походом 860 г. связана и другая проблема – знаменитое посольство русов в Ингельгейм к императору Людовику Благочестивому в 839 г. И здесь тоже есть свои подводные камни, и камни очень серьезные. Если исходить из того, что упомянутый Chaganus (или Chacanus – ? есть интересное мнение) есть титул государя русов, то автоматически встает вопрос о его местопребывании. Киев как столица пресловутого каганата отпадает автоматически по причине его, Киева как СТОЛЬНОГО города, отсутствия в то время ведь не из деревни же прибыли послы этого «хагануса» в Константинополь? Кто бы с ними в имперской столице стал бы в таком случае разговаривать?). Можно согласиться с предположением, что эти послы прибыли откуда-то с северо-запада (из «Немогарда», под которым можно предполагать Старую Ладогу?). Но тогда возникает другой вопрос – а они двигались по Днепру? По пути из «варяг в греки», который на то время явно еще не функционировал? И еще один момент - случайно ли первый набег скандинавов на Ал-Андалус происходит вскоре после возвращения оных свионов из Византии?
Подводя общий итог всему вышесказанному, отмечу, что сегодня, сопоставив все известные мне данные и точки зрения, я полагаю, что, с одной стороны, «две волны» скандинавов-варягов, о которых говорит А.В. Назаренко (Назаренко А.В. Две Руси IX века // Родина. 2002. № 11-12. С. 16-22) все же не существовали. Волна была одна, и она имела северную направленность, а к югу никакого отношения она не имела и не будет иметь до самого начала Х в. или даже больше. Южная «русь», как мне представляется сегодня (хотя я прекрасно понимаю уязвимость этой точки зрения. См, например, комментарии к «Об управлении империей». С. 302) – это, видимо, потомки тех готов Германариха и других германских племен (и не только, видимо, здесь не обошлось и без вливания в этот компонент иранской – аланской крови), входивших в это «государство», что не ушли за Дунай после нападения гуннов (кстати, а тиверцы – кто это? Не связано ли как-то это слово с германском, готским thiuda?), а остались в Северном Причерноморье и в Крыму. Северная же «русь» – это скандинавы, явившиеся позднее и вытеснившие (уничтожившие?) южную «русь» из Поднепровья… Вот такие получаются мысли – очень сырые, неотработанные и, безусловно, весьма уязвимые для критики со стороны знатоков проблемы. Интересно было бы услышать их мнение по этому поводу и в чем заключаются мои ошибки и заблуждения как неспециалиста в этой теме.
P.S. По ходу дела мысль еще одна возникла, совершенно бредовая. Так, вчерне - в конце VIII в. скандинавы начинают появляться на северо-западе (кстати, примерно в одно и тоже время со славянами. И тогда же начинается экспансия норманнов на Западе). Начало IX в. - гражданская война в Хазарии, к этому же времени относятся и нападения неких русов на Сурож и Амастриду, а затем и посольство тех же русов в Константинополь, а незадолго до этого Петрона Каматир строит крепость хазарам. Вот и напрашивается предположение - а не были ли эти "русы" наемниками на хазарской службе, оставшиеся без работы и порешившие (как новгородские ушкуйники) пошукать трошки счастья в Царьграде? А в 860 г. другая их группа, осевшая где-нибдь в Северном Причерноморье, атаковала Константинополь? Как-то так получается... Бред, конечно, а вдруг ...