November 26th, 2021

воевода

Приквел к разгадке загадки...

      Несколько цитат из переписки Александра II с "друзьями" относительно Босфорской операции.
       Мнение императора.
      Касательно Босфорской операции Александр III исходил из следующих соображений. По его мнению, Берлин не допустит того, чтобы Петербург сравнялся с ним в морских вооружениях, поэтому относительная свобода рук у России имеется лишь на Черном море, почему и необходимо будет сконцентрировать основные усилия на развитии в первую очередь именно Черноморского флота. Вообще, во внешнеполитической доктрине Александра III Константинополь занимал особое место. Избегавший, по возможности, обострения внешнеполитической ситуации и отнюдь не стремившийся развязать войну, император-миротворец, тем не менее, полагал, что «у нас должна быть одна и главная цель: это – занятие Константинополя, чтобы раз навсегда утвердиться в проливах и знать, что они будут постоянно в наших руках. Это в интересах России и это должно быть наше стремление; все остальное, происходящее на Балканском полуострове, для нас второстепенно…». И, завершая свою мысль, император отмечал: «Что касается собственно проливов, то, конечно, время еще не наступило, но надо нам быть готовыми к этому и приготовлять все средства. Только из-за этого вопроса я соглашусь вести войну на Балканском полуострове, потому что он для России необходим и действительно полезен».
       Эти слова были сказаны (в смысле написаны в письме) императором Обручеву в сентябре 1885 г. Тем самым Александр поставил точку в вопросе о том, быть или не быть операции по захвату Босфора – однозначно «быть». Вопрос стоял только в том, когда?
      Мнение Нелидова, посла в Стамбуле.
      Нелидов еще в 1882 г. полагал, что, поскольку «больной человек Европы» может скоропостижно скончаться, то «для нас является настоятельная необходимость предупредить наших соперников и принять все меры к тому, чтобы в данную минуту, когда обстоятельства представятся к тому особенно благоприятными или опасность чужого занятия станет слишком близка, мы могли наверное, с полным залогом успеха, сами утвердиться на проливах» (в этом месте император сделал пометку – «Это главное»).
       Итак, Александр был согласен с тем, что операцию нужно было предпринимать быстро, без излишних раздумий – главное скорость принятия решений и исполнения решенного, пока в Лондоне. Вене, Париже и Берлине не прочухались. Кстати, на этой записке Нелидова император поставил на записке Нелидова такую весьма примечательную пометку: «Все это весьма дельно и толково. Дай Бог нам дожить до этой отрадной и задушевной для нас минуты! Я не теряю надежды, что рано или поздно, а это будет и так должно быть! Главное не терять времени и удобного момента».
      Мнение Обручева.
      Обручев поддержал мнение Нелидова, направив императору в 1885 г. записку, в которой отмечал, что «только за Босфор и Карпатскую Русь безусловно и стоит лить русскую кровь». При этом начальник Главного штаба полагал, что России нет нужды захватывать собственно Константинополь и уж тем более Дарданеллы (поскольку на выходе из Дарданелл русский флот все равно непременно ждал более могущественный неприятельский, читай, британский флот – Thor), но непременно – владение входом из Босфора в Черное море, надлежащим образом укрепленного (своего рода русский Гибралтар – Thor). Здесь, писал Обручев, «мы могли бы укрепиться и раз и навсегда преградить неприятелю вторжение в наши Черноморские пределы…». И дальше он, проанализировав опыт предыдущих кампаний на Балканах, приходил к закономерному выводу – только сильный десант в Босфоре давал гарантию успеха. Эту операцию Обручев полагал безусловно рискованной, «но при 36-40 часовом расстоянии Константинополя от черноморских наших портов, она гораздо короче и Балканского и Малоазиатского сухопутных походов, – но по выбору времени и соблюдению внезапности гораздо более находится в наших руках, требует во всяком случае менее жертв, а главное – не имеет в тылу всепортящей Австрии».
       «Владея Босфором, – подытоживал свои размышления Обручев (и в своих выводах он настолько перекликается в Нелидовым, что возникает ощущение, что он явно был знаком с запиской дипломата – Thor), – мы становимся неуязвимы на Черном море, обуздываем Англию, сосредоточиваем все сухопутные наши силы на западной границе и решив Польский вопрос, на веки, твердо, незыблемо обеспечиваем положение России в Европе, как достигаем вместе с тем спокойствия и на Кавказе и в Азии. Целый ряд длинных кровопролитных войн, предпринятых Россиею с прошлого века завершится этими актами и для России действительно настанет период отдыха, прочного мира, силы и благоденствия…». Ради этого нельзя медлить, полагал Обручев, нельзя ждать, пока будет готов флот, но «следует быть безотлагательно готовыми, хоть на ладьях, идти к Босфору и брать его, как достояние России», и нужно для этого только лишь дать Морскому министерству 12 млн. руб., а Военному – 4 млн., требуя от них лишь строгого отчета в том, что сделано (подобно тому, как это было сделано в 1854-1855 гг. на Балтике – Thor/ Можем же, если захотим!) и тогда «к весне или к июню (1886 г. – Thor) явится флотилия, чтобы оградить десант, явится и артиллерия, чтобы укрепить Босфор…».
       Любопытно, но еще в мае 1883 г. капитан 2 ранга Макаров (тот самый Макаров!), представляя свою записку с планом морской операции по овладению Босфором, писал следующее: «Если мы спросим Европу о разрешении захватить Константинополь, то она не согласится, но если мы захватим Босфор со всем флотом и через дне недели будем иметь 100 тыс. войска для поддержания наших справедливых требований, то Европа, мирящаяся с силой и фактами, не захочет еще более усложнять Восточного вопроса…».
       Собственно говоря, из всего этого видно, что при Александре III в Петербурге сложилась вполне себе сильная и влиятельная «партия», которую поддерживал сам император, ратовавшая за скорейшее разрешение вопроса о Проливах при первой же возможности, причем был достигнут и определенный консенсус относительно характера самой операции – захват Босфора, причем в кратчайшие сроки с тем, чтобы наши «партнеры» были поставлены перед фактом и вынуждены были бы решать дилемму – стоит ли затевать ради возвращения status quo большую войну или же нет?

GfufwBeP7RQ


       P.S. Если бы Александр II решился бы отдать приказ оккупировать Стамбул в 1878 г. и занял бы более жесткую позицию – решилась ли бы Австрия в союзе с Британией воевать с Россией?
       P.P.S. Если, невзирая на существовавшие организационные и технические проблемы (разве бывает такая ситуация, когда все готово – вплоть до того, что пришита последняя пуговица на гетрах последнего солдата?), в 1896 г. приказ на овладение Босфором был бы отдан – вспыхнула ли в таком случае большая европейская война? Кто вписался бы за Англию в роли континентальной шпаги Альбиона?