June 27th, 2016

воевода

"Это не набег, а наполз"...

      Говорят, что именно так высказался о набеге сводного конного "корпуса" генерала Мищенко на Инкоу в конце декабря (ст. ст.) 1904 г. генерал Ренненкапмф. У Игнатьева по этому поводу в его мемуарах сказано: "Наступление было в принципе решено, но приготовления к нему затягивались. Куропаткину нечем было даже, как он выражался, «порадовать батюшку-царя». Поэтому, пока новые командующие армиями прорабатывали планы переходов в наступление, в штабе главнокомандующего уже давно обсуждался вопрос о кавалерийском набеге в тыл японского расположения. Никто не возражал по существу против использования массы казачьей конницы, освободившейся от сторожевой и разведывательной службы после остановки всех армий на шахэйских позициях. Но о способе действий конного отряда мнения были диаметрально противоположны. Одни стояли за неожиданный и самостоятельный рейд, а другие находили, что подобный рейд будет легко парализован японской охраной и что конную массу надо бросить на тылы в решающий момент сражения на фронте. Шли споры и о выборе начальника, на которого можно было бы возложить это поручение. При всех недостатках Ренненкампфа большинство стояло за его назначение, но лично Куропаткин особенно доверял Мищенко. Два месяца обо всем этом толковали, больше месяца собирали громадный вьючный транспорт, в котором часть мулов вели в поводу, а другую часть привязывали к хвостам животных, идущих впереди. Непривычные к грубому обращению китайские мулы бунтовали, били задом и сбрасывали вьюки. Напрасно Самсонов убеждал отказаться от подобного транспорта, напрасно доказывал, что фураж и продовольствие найдутся в богатых китайских деревнях, не опустошенных прохождением воюющих сторон. Мищенко остался непреклонным, являясь верным учеником Куропаткина, всегда боявшегося чего-нибудь не предусмотреть. Это предприятие заранее обрекало все на провал. Конные массы плелись шажком, охраняя с двух сторон свой собственный транспорт. Они дошли до самого моря, то есть до Инкоу, но взять последнего не смогли. Уложив лучших людей, вернулись с жалкими трофеями в виде китайских продовольственных арб. Русская конница неповинна в этом позоре. Ни Куропаткин, ни Мищенко не способны были проявить того духа, который является главнейшим качеством кавалерийского начальника...".
      И апофеоз оценки "наполза" - у Керсновского (любят его у нас, ой, любят - гуру, однако): "Конец декабря ознаменовался попыткой конного рейда генерала Мищенко на Инкоу (с 26 декабря 1904 года по 6 января 1905 года). Сборный отряд в 8000 шашек при 22 орудиях, обремененный огромным вьючным обозом с пешими проводниками, выполнил эту пародию на кавалерийский набег в высшей степени неудачно. Ни малейших результатов этот «наполз» на Инкоу не имел. В операции участвовало 78 эскадронов, сотен и охотничьих команд. Колоссальный обоз (взятый, несмотря на обильную продовольствием местность) доходил до полторы тысячи вьюков. Средняя величина перехода была около 23 верст — хорошая пехота ходит быстрей. Генерал Мищенко распорядился «всячески избегать атак в конном строю». Приказание это ему, как артиллеристу, простительно, но выполнение его подчиненными Мищенки, настоящими кавалеристами, как генерал Самсонов{51} и герой Караджалара генерал Греков, непростительно. Подойдя к Инкоу 30 декабря, Мищенко не сумел даже воспрепятствовать уходу оттуда поездов, спешил свой отряд, атаковал станцию, введя в дело всего около трети своих сил, был отбит двумя японскими ротами и ретировался. Трофеи всего этого набега — 15 пленных. Наш урон — 39 офицеров, 321 нижний чин".

      Кстати, а вот и песнь про "наполз":



      Справедливости ради, есть и другое мнение по поводу образа действий Мищенко и его казаков. В.А. Апушкин (кто таков - погуглите, и будет вам счастье!), вспоминая о "наползе" и его организации, писал, что накануне его начала, "считая набег несостоявшимся, я уехал в Харбин и здесь, в самом конце декабря, узнал, что накануне Рождества отряд отправили-таки в набег. Но теперь он лишился самой существенной своей черты — внезапности, так как обстановка для него коренным образом изменилась в сторону для нас неблагоприятную, да и весь он, пожалуй, утратил свой смысл. Порт-Артур уже пал, и тыл японской армии, куда теперь направлен был отряд ген. Мищенко, оживлен был передвижением армии Ноги из-под Артура на Шахэ... Двухмесячные же толки о набеге, о котором говорили даже в далеком Петербурге, должны были держать здесь всех наготове. В октябре, когда впервые родилась мысль о набеге, было еще сравнительно тепло; не только в деревнях, но даже и в полях можно было найти запасы чумизы и гаоляна. Теперь все это было поприпрятано, поприедено самими китайцами и отобрано нами и японцами, и это обстоятельство заставляло отряд брать с собою продовольствие в большем размере и тем увеличивало размер обоза. Было холодно, в полях лежал уже снег, и потому ночлеги под открытым небом стали тяжелее для людей и лошадей; гололедица и лед на речках затрудняли движение...".
      Так что все не так однозначно, как может показаться на первый взгляд, и Мищенко не такой уж и дурак, каким его обычно пытаются представить. И вообще, история с "наползом" весьма примечательна во всех отношениях - и если вести речь о логистике, и если вести речь о тактике, и если вести речь о том же быте полевом и даже о физиологии пресловутой...
      P.S. у Головина есть примечательная фраза по поводу образа действий русской кавалерии в Восточной Прусии в начале Первой мировой: "Но даже в первый день мобилизация кавалерийский набег в Восточную Пруссию чрезвычайно затруднялся теми мерами, которыя немцы приняли для обезпечения своей мобилизации от подобного нападения. Во всей пограничной полосе (у таможенных застав, в узлах дорог, у железнодорожных сооружений и т. п.) по объявлению "кригсгефарцуштанд", т.е. до объявления мобилизации, должны были собраться команды ландштурмистов и вооруженных местных жителей численностью от 40 до 250 человек каждая; призывным сигналом их сбора служил набат на местной колокольне. Если принять во внимание, что спешенная кавалерийская дивизия не превосходит своею силою два баталиона пехоты, то можно сразу же понять, что кавалерийский набег при подобных условиях неминуемо должен был превратиться в "кавалерийский наполз" и потерять силу своего проникновения...". Синдром дежа-вю, ибо нечто подобное я уже встречал кое-где (где и когда - пускай это будет небольшая загадка).