Этнографические заметки...
Мало-мало не сутки не работал "енот" - то ли погода переменилась, то ли лифт в подъезде делают, то ли что еще случилось - черт его знает. Но пока вся эта беда имела место быть, я тут, перебирая выписки, сделанные за минувшие два десятка с гаком лет, наткнулся на интересные заметки относительно образа жизни и нравов жителей Слобожанщины. В свое время, разрабатывая спецкурс по истории Белгородской губернии, довелось поработать с материалами Вольного Экономического общества, и вот там-то и нашел сие описание нравов (датируется оно концом 60-х годов XVIII в.).
Оная Слобожанщина на карте:
Прежде всего в ответе на анкету Общества с мест писали, что «сия сторона от натуры имеет по большей части тучную и легкую землю, включая самое малое число песчаной, которая по тому и остается праздной и без всякого об ней попечения, что в доброй земле недостатка нет» (оцените слог - !).
И на этой богатой и тучной земле (воткни палку – вырастет дерево. В анкете сказано, что в тамошних краях «обыкновенный урожай бывает в десять, а просу в двадцать раз и выше…») тамошние поселяне упражняются в земледелии не то чтобы кое-как, но… «Весь земледельческий их (тамошних поселян – Thor) труд обращен только на собственное их пропитание», потому как «земледельцы не прилежат к размножению сего (речь идет о пшенице – Thor), равно как и протчаго хлеба, никакой иной не предвидится, роме того, что они не имеют способа, куда оной с прибылью отпускать, по тому что в близости их стран никакого порта нет; и от сего то произходит, что здешнее земледелие более с небрежением и леностию, нежели с трудом и прилежанием производится». В итоге, говорится в анкете, «хлеб из жилищ Слободской провинции никогда не выходит, понеже излишней и ненадобный для обывателей винными заводчиками скупается и пересиживается в вино; також скупается и для квартирующих здесь полков на провиант, так что здешнего хлеба иногда и весьма б недостаточно было, естьлиб из Белогородской губернии во многом числе оного подвозимо не было».
Дальше – больше. «Нравом здешние жители простосердечны, – пишут далее корреспонденты Общества с мест, – тихи, понятны, но непроворны, к набожности склонны, а при том всегдашние вольности искатели, по чему и трудолюбивыми их назвать не возможно. В обычаях и в употреблениях их можно за особливое почесть то, что они любят опрятность, как в домашнем содержании, так и в одеяниях… В посторонние места для зарабатывания почти никто никогда не отходит… А пище и в питии гнусности не терпят; при чем и самой беднейший человек старается иметь у себя шти подслащенные свиным салом…».
Оценка соседних обывателей Изюмской провинции еще любопытнее: «По бывшей вольности здешние Черкасского народа в переходе с места на место, к исправному земледелию против великороссийских крестьян прилежности не имеют» (кстати, а барщина тогда была в обычае 2 дня в неделю – Thor), и вообще, по мнению корреспондентов, «большия часть здешних черкасов не так к земледелию, как к вину и к праздности, склонность имеют».
Но всех переплюнули обыватели Сумской провинции. По мнению ответчиков на вопросы анкеты, «здешний народ несколько злонравен и упрям; к трудолюбию не токмо не прилежен, но весьма ко всей работе, как к хлебопашенной, так и к рукомесленной ленив, и редко к чему понятен. В обычаях больше имеют быть в праздности и невежестве; а между тем и к пьянству, по имеющимся два раза всякой недели в понедельник и в пятницу торгам, а частым в тех местах и соседних ярманкам; и многие до того доходят, что как продаст, то все те деньги, да и платье еще с себя пропивает; чему следуют равно и жены их как старыя, так и молодыя…».
P.S. И напоследок пара цитат из «Истории запорожских козаков» Д.И. Яворницкого. «Предаваясь широкому и неудержимому разгулу, – писал Яворницкий, – козак тем самым выказывал особого рода молодечество, особый взгляд на жизнь человека, вообще напрасно обременяющего себя трудом и заботами и совершенно не понимающего истинного смысла жизни – существовать для веселья и рабости…». Другая: «Сичевой козак отнюдь не хлебороб и не торгаш; обрабатывать землю, за беспрерывною войною, он не мог; заниматься торговлей считал низким делом для себя, оттого слово «крамарь», т.е. мелкий торгаш, у него было даже бранным словом, обидным для «лыцарской» чести… При таком воззрении на честь сичевому козаку оставалось одно дело – война, а в мирное время – веселье да широкий загул…».
Гм, а за чей счет банкет-то – а помимо сичовых козаков были еще и козаки-зимовники, которые «назывались сиднями или гнездюками, в насмешку – баболюбами и гречкосиями; они составляли поспильство, т.е. подданное сословие собственно сичовых козаков… Главною обязанностью гнездюков было кормить сичовых козаков… Главную массу всего избытка зимовчане доставляли в Сичь на потребу сичевых козаков, остальную часть оставляли на пропитание самих себя и своих семейств». Твою ж дивизию, «Это Спарт-а-а-а!» натуральная, со спартиатами и илотами.
И еще: «В Запорожье всякий желающий явиться в курень может жить и есть с ними (козаками – Thor) без всяких расспросов или благодарности за гостеприимство» и «Там никто, бывало, не смеет сказать старому человеку: «Ты даром хлеб ешь». Приезжай туда всяк, воткни в землю копье, повесь янчарку и лежи себе хоть три месяца, – пей и ешь все готовое. Только и дела, что встань да помолись Богу; а когда есть деньги, ступай в корчму пить водку…». Гм, это мне сильно напоминает кое-что, из современности…
Оная Слобожанщина на карте:
Прежде всего в ответе на анкету Общества с мест писали, что «сия сторона от натуры имеет по большей части тучную и легкую землю, включая самое малое число песчаной, которая по тому и остается праздной и без всякого об ней попечения, что в доброй земле недостатка нет» (оцените слог - !).
И на этой богатой и тучной земле (воткни палку – вырастет дерево. В анкете сказано, что в тамошних краях «обыкновенный урожай бывает в десять, а просу в двадцать раз и выше…») тамошние поселяне упражняются в земледелии не то чтобы кое-как, но… «Весь земледельческий их (тамошних поселян – Thor) труд обращен только на собственное их пропитание», потому как «земледельцы не прилежат к размножению сего (речь идет о пшенице – Thor), равно как и протчаго хлеба, никакой иной не предвидится, роме того, что они не имеют способа, куда оной с прибылью отпускать, по тому что в близости их стран никакого порта нет; и от сего то произходит, что здешнее земледелие более с небрежением и леностию, нежели с трудом и прилежанием производится». В итоге, говорится в анкете, «хлеб из жилищ Слободской провинции никогда не выходит, понеже излишней и ненадобный для обывателей винными заводчиками скупается и пересиживается в вино; також скупается и для квартирующих здесь полков на провиант, так что здешнего хлеба иногда и весьма б недостаточно было, естьлиб из Белогородской губернии во многом числе оного подвозимо не было».
Дальше – больше. «Нравом здешние жители простосердечны, – пишут далее корреспонденты Общества с мест, – тихи, понятны, но непроворны, к набожности склонны, а при том всегдашние вольности искатели, по чему и трудолюбивыми их назвать не возможно. В обычаях и в употреблениях их можно за особливое почесть то, что они любят опрятность, как в домашнем содержании, так и в одеяниях… В посторонние места для зарабатывания почти никто никогда не отходит… А пище и в питии гнусности не терпят; при чем и самой беднейший человек старается иметь у себя шти подслащенные свиным салом…».
Оценка соседних обывателей Изюмской провинции еще любопытнее: «По бывшей вольности здешние Черкасского народа в переходе с места на место, к исправному земледелию против великороссийских крестьян прилежности не имеют» (кстати, а барщина тогда была в обычае 2 дня в неделю – Thor), и вообще, по мнению корреспондентов, «большия часть здешних черкасов не так к земледелию, как к вину и к праздности, склонность имеют».
Но всех переплюнули обыватели Сумской провинции. По мнению ответчиков на вопросы анкеты, «здешний народ несколько злонравен и упрям; к трудолюбию не токмо не прилежен, но весьма ко всей работе, как к хлебопашенной, так и к рукомесленной ленив, и редко к чему понятен. В обычаях больше имеют быть в праздности и невежестве; а между тем и к пьянству, по имеющимся два раза всякой недели в понедельник и в пятницу торгам, а частым в тех местах и соседних ярманкам; и многие до того доходят, что как продаст, то все те деньги, да и платье еще с себя пропивает; чему следуют равно и жены их как старыя, так и молодыя…».
P.S. И напоследок пара цитат из «Истории запорожских козаков» Д.И. Яворницкого. «Предаваясь широкому и неудержимому разгулу, – писал Яворницкий, – козак тем самым выказывал особого рода молодечество, особый взгляд на жизнь человека, вообще напрасно обременяющего себя трудом и заботами и совершенно не понимающего истинного смысла жизни – существовать для веселья и рабости…». Другая: «Сичевой козак отнюдь не хлебороб и не торгаш; обрабатывать землю, за беспрерывною войною, он не мог; заниматься торговлей считал низким делом для себя, оттого слово «крамарь», т.е. мелкий торгаш, у него было даже бранным словом, обидным для «лыцарской» чести… При таком воззрении на честь сичевому козаку оставалось одно дело – война, а в мирное время – веселье да широкий загул…».
Гм, а за чей счет банкет-то – а помимо сичовых козаков были еще и козаки-зимовники, которые «назывались сиднями или гнездюками, в насмешку – баболюбами и гречкосиями; они составляли поспильство, т.е. подданное сословие собственно сичовых козаков… Главною обязанностью гнездюков было кормить сичовых козаков… Главную массу всего избытка зимовчане доставляли в Сичь на потребу сичевых козаков, остальную часть оставляли на пропитание самих себя и своих семейств». Твою ж дивизию, «Это Спарт-а-а-а!» натуральная, со спартиатами и илотами.
И еще: «В Запорожье всякий желающий явиться в курень может жить и есть с ними (козаками – Thor) без всяких расспросов или благодарности за гостеприимство» и «Там никто, бывало, не смеет сказать старому человеку: «Ты даром хлеб ешь». Приезжай туда всяк, воткни в землю копье, повесь янчарку и лежи себе хоть три месяца, – пей и ешь все готовое. Только и дела, что встань да помолись Богу; а когда есть деньги, ступай в корчму пить водку…». Гм, это мне сильно напоминает кое-что, из современности…